– Тем вечером Джилл не было дома, и если бы она вдруг вернулась, я бы сказал, что Одри заехала навестить ее. Первым делом Одри стала отрицать, что Корал пять лет меня шантажировала. Иначе Корал бы все ей рассказала. Я, конечно, понимал: Одри откровенно лжет. Дальше она стала угрожать: либо Корал сообщит всю правду моей семье и руководству колледжа, и я лишусь работы, либо мне придется удвоить ежемесячные выплаты. Я попытался выкрутиться, но с Одри такие штуки не проходят.
– Выкрутиться? И как же? – давила Тайра.
– Несколько месяцев я платил меньше, но даже это чуть не разорило нашу семью. Я уже не зарабатывал, как прежде, и Джилл заметила, что денег стало не хватать. Я предупредил Одри, мол, если они не умерят аппетит, мне придется сообщить Джилл, что мы продаем дом, и это ее убьет. И знаете, что я услышал в ответ?
Тайра и Ирма молча ждали продолжения.
– Одри заявила, что для Джилл так будет лучше всего, и она наконец-то начнет новую жизнь без меня! – его лицо омрачилось. – Зря эта девчонка не сделала аборт. Родить решила она, а страдать почему-то должен я!
– Ее звали Корал! – рявкнула Тайра.
Она так сильно сжала сомкнутые в замок руки, что костяшки пальцев побелели. Заметив состояние коллеги, Ирма незаметно дала ей знак расслабиться и дышать глубже.
– В итоге вы согласились платить больше? – не отступала Ирма.
– Я попросил дать мне время подумать, но уже тогда понимал: они не остановятся. На какую бы сумму я ни согласился, эта парочка собралась меня уничтожить. Вот чего добивалась Одри!
– И чем же вы заслужили столь сильную неприязнь? – спросила Ирма, чуть не добавив: «Помимо того, что вы ярый женоненавистник и самовлюбленный мерзавец».
Заносчивое выражение на лице мужчины уступило место сожалению. Но лишь на миг.
– Понятия не имею. Может, Одри задела какая-нибудь моя невинная фраза. Ей только дай повод, как и большинству женщ…
Заметив полный ненависти взгляд Тайры, он умолк на полуслове. Даже Ирма внутренне напряглась: мало ли, вдруг Барнс сорвется и придушит его.
– Какая фраза? – уточнила Ирма.
– Не знаю, возможно, то, что я сказал несколько лет назад, когда Том отсидел половину срока. Маленькая шутка, которую Одри неверно поняла.
Ирма выжидательно посмотрела на мужчину, и он беспокойно заерзал на стуле.
– Я сказал, что моя жена в раздрае, и предложил Одри взять на себя выполнение… супружеского долга.
– Под «раздраем», полагаю, имелось в виду, что терапевт диагностировал у вашей супруги тревожное расстройство и депрессию и вы лишились секса? – без обиняков спросила Тайра.
– Боже! – насмешливо улыбаясь, он взглянул на Ирму. – Я смотрю, их вежливости не учат?
Наконец двуличное поведение Одри стало обретать причину. Ирма никак не могла взять в толк, почему Одри решила наказать Роберта, тем самым предав подругу. А теперь разрозненные кусочки мозаики начали складываться в картину.
– Вы не думали обратиться в полицию насчет шантажа? Или хотя бы поговорить с женой? – спросила Тайра.
– Это вышло бы мне боком. Я крепко влип. И при любом раскладе пришлось бы многим пожертвовать.
– Судя по всему, оставался только один вариант, – продолжила Ирма. – Избавиться от Корал. Это стало бы предупреждением для Одри, и проблема была бы решена.
– Говорю же, я не собирался убивать Корал. Я на нее злился, но хотел договориться по-хорошему. Сначала я отправился к Одри, пробовал объяснять, что такие большие выплаты погубят мою семью. Но она и бровью не повела. Я выехал от Одри – случайно оставив на кухне шарф – и позвонил Корал. Назначил встречу и предупредил, чтобы она ничего не говорила Одри, или сделка отменяется. Кстати, место встречи на обочине возле леса выбрала сама Корал. Мы сидели в моей машине и разговаривали, но, когда я сказал, что не собираюсь продавать дом ради выплаты денег, Корал устроила истерику. Начала угрожать мне всякими гнусностями, кричала, что расскажет Джилл и моему работодателю. А потом выскочила из машины и куда-то умчалась. Я немного подождал, но она так и не вернулась. Тогда я стал выезжать, и в этот момент Корал выбежала на дорогу прямо передо мной. Отвлекся на телефон на одну секунду, и вдруг – бум! – глухой удар, я ее сбил. Сначала хотел позвонить в полицию, а потом как подумал, чем все может обернуться… И тут меня осенило, что узел на моей шее развяжется со смертью этой женщины.
На несколько мгновений в комнате повисла гнетущая тишина. Ирма представила ужас, который наверняка испытывала Корал, брошенная умирать на дороге.
– Но правду о вас знала не только Корал, но и Одри, – напомнила она.
– Важный нюанс: Одри тоже есть что терять. Если бы я раскрыл ее участие в шантаже, Одри потеряла бы работу в благотворительном магазине – единственную радость в своей унылой жизни. Я не хотел убивать Корал. Но когда я оттуда уехал и еще раз прокрутил все в голове, то пришел к выводу, что это, пожалуй, неплохой выход из ситуации. Все мои проблемы разом решатся.
– Правда, на деле вышло ровно наоборот. Верно, мистер Биллингерст? – сухо заметила Ирма. – Проблем у вас очень много, и скоро настанет день, когда вам придется с ними столкнуться.
