— Потому что, Эва, ты как-то сказала мне, — парень не повышал голоса, как делала это Эви, чем сейчас еще сильнее раздражал ее, — в день, когда я оказался здесь. Сидя на этом же месте, ты сказала, что я могу спрашивать тебя обо всем. Обо всем, что мне захочется. И ты пообещала ответить.
— Я могу ответить только на то, на что знаю ответ, — Эвита резко поднялась на ноги. — А на этот вопрос я не знаю, что сказать. Может, нас к чему-то готовят, к трудной жизни… на ферме… — она смотрела на него сверху вниз и активно жестикулировала руками, — может, это какая-то игра, и через стукачей за нами наблюдают и делают ставки, развлекаются. Я. Не. Знаю, — раздельно произнесла она. — Ясно?
— Да чего ты завелась? — не понимал Ньют. — Я не прошу тебя рассказать истинные мотивы Создателей, ты никак не можешь их знать, я лишь попросил поделиться своими мыслями.
— Ты не попросил, а потребовал!
— Не правда, — еще сильнее нахмурился Ньют и сверкнул на девушку глазами, глядя исподлобья.
— Вы чего разорались, шанки? — раздался голос Эрни.
Видимо, Чистильщик шел к своему гамаку и услышал раздраженный разговор Ньюта и Эви.
— Прости, — выдохнула девушка. — Мы не подумали, что мешаем спать, — она сдула прядь, упавшую на лицо. — Но мы уже закончили…
Ньют хмуро посмотрел на Эвиту, ему явно не понравилось, что та решила за двоих завершить разговор. Эрни одобрительно коснулся плеча девушки и кивнул Бегуну:
— Не зарывайся, чайник. Ты уже, конечно, давно не новенький, но не стоит строить из себя большее, чем ты есть, понял?
— Мое имя Ньют, — сквозь зубы процедил тот.
Эрни усмехнулся и, подарив Эвите лукавый взгляд, не обратив больше внимание на Ньюта, ушел в сторону Хомстеда.
— Я тоже иду спать, — вздохнув, сообщила девушка. — Чего и тебе советую.
— Мы закончили, потому что тема исчерпана или потому что Эрни не выспится? — поинтересовался Ньют.
— Мы закончили, потому что тут нечего больше обсуждать, — вспыхнула Эви.
— Странно, что тебя не особо возмутили слова Галли, — в свете звезд и беснующего из-за ветра пламени факела она видела, как Ньют изменился в лице — глаза превратились в лед, кожа на скулах натянулась, и на челюсти заходили желваки — он злился.
— На счет чего? — дрогнув, уточнила Эвита.
— Насчет того, что в мир превратился в кланк, а нас поместили в благоприятную среду для продолжения рода, — раздраженно пояснил Ньют.
Его до сих пор злили те слова.
— А может, он и прав, — бросила девушка.
Ньют резко вскинул голову и посмотрел в зеленые глаза. Казалось, такого ответа юноша не ожидал.
— И с кого начнешь? — голос юноши приобрел стальные нотки. — С Эрни? — он тут же пожалел об этом вопросе, но слова уже слетели с его губ, и было поздно.
Эвита возмущенно поджала губы.
«Стебанутый ты кусок кланка, Ньют!»
Ей неумолимо сильно захотелось ударить его. Эви с вызовом сказала «может, и прав», не для того, чтобы вызвать у Ньюта злость, а чтобы увидеть во взгляде ту же ярость, какую она видела тогда, когда Галли высказал эту глупейшую идею вслух. Но вместо этого она получила издевку, задевшую ее до глубины души. Девушка молча отвернулась и пошла в сторону Хомстеда, на ходу борясь с противной щекоткой в носу.
========== Chapter ten ==========
Комментарий к Chapter ten
муз. сопровождение:
Lara Fabian–Adagio (франц)
Nickelback –Far Away
Bosson–One In A Million
Ньют впервые на своей памяти встретил рассвет. Вернее, восходящее солнце не было видно, лишь только небо на востоке начало медленно светлеть, становясь из темно-синего фиолетовым, лиловым, а где-то из-за стены появился яркий оранжевый отсвет.
Юноша сидел на свернутом спальнике, прислонившись спиной к двери кухонной хибарки, дожидаясь Эвиту. Вчера вечером, после того, как с его уст сорвались обидные слова, и девушка молча ушла, он поспешил к тому месту, где находился ее гамак. Но Эви уже спала. Вернее, делала вид.
— Иди отсюда, шанк, — пробубнил Эрни. — Она не хочет с тобой говорить.
Ньют молча ушел, со злости пнув по дороге какую-то ветку.
«Ну что за народ эти девчонки! Сразу все выдала этому шанку! Это вообще не его ума дело», — Бегун стиснул зубы и сложил руки на груди, стоя у входа в Хомстед.
Алби поднимается раньше всех и будит Эвиту, чтобы та шла готовить завтрак. Значит, утром она придет на кухню. И никто им не помешает поговорить.
Юноша забрал свой спальник из-под лестницы и целенаправленно ушел к кухонной хибарке, расположившись около входа. Он не будет спать, он будет караулить ее. И не важно, что днем нужно носится, словно ополоумевший, по Лабиринту. Он должен успеть поговорить с ней до того, как уйдет. Иначе сильно рискует. Эрни может днем дать Эви то, что ей будет больше всего необходимо — жилетку для слез. Он поддержит ее, приласкает…
Ньют поморщился. Ему так была противна даже сама мысль о том, что Эвита может оказаться в этих волосатых руках Чистильщика.
«Это ревность?»
«Конечно же, нет. Просто Эрни вовсе не тот, кто ей нужен».
«Это однозначно ревность».
