Останки парней Алби с Ньютом на свой страх и риск приволокли в Глэйд за несколько минут до закрытия ворот. Алекс, хоть это и была его работа, наотрез отказался пересекать границу Лабиринта. Погибших похоронили на кладбище. Теперь там было восемь могил и одиннадцать крестов. Почти дюжина подростков сложили свои головы из-за чертовщины, которую творили неведомые Создатели, зла на которых не хватало ни у одного шанка.
После ужина Алби решительно произнес:
— Из Глэйда больше ни ногой, пока Минхо с Ньютом не придут и не скажут, что точно нашли выход. Рисковать кем-то еще мы больше не в праве, всем ясно? — уточнил он, зачеркнув имена Леона и Макса на стене.
Никто не спорил.
Всем было тяжело, но, тем ни менее, на следующий день каждый вернулся к своим обязанностям. Алби, несмотря ни на что, помнил о своем обещании наказать Эвиту и Ньюта в случае неудачного похода. Поэтому на следующий день после случившегося Эвита провела в яме от рассвета до заката, а блондин весь день убирался на Скотобойне, главным на которой теперь стал Уинстон.
Ньют в глубине души был рад, что не побежал в Лабиринт, а весь день проведет в Глэйде. Он злился на себя за эту тихую радость, ведь Минхо чинно отправился за стены, а вместо Ньюта пришлось бежать Адаму. Из-за того, что он ходил чернее тучи, парень не подошел к решетке, за которой сидела Эвита, он только велел Алексу принести ей плед, до чего Чистильщик сам не додумался бы.
А после трудового дня в загонах, Ньют не присоединился ко всем у традиционного вечернего костра. Парень сразу после ужина исчез. Эвита сначала решила обидеться на него, что не подошел к ней, сидящей в этой холодной промозглой яме, на дне которой из песка периодически Эвиту навещали ужасного вида рогатые, носатые и до жути противные насекомые. Принесенный плед она благополучно отнесла к разряду обязательных мероприятий, естественно не зная, кто надоумил Алекса принести теплое одеяло. Но она нуждалась в Ньюте, как в наркотике. Да и, рассудив логически, она не могла винить его — ведь сама так и не извинилась за свой проступок. Они все еще были в какой-то непонятной ссоре, при которой продолжали заботиться друг о друге.
Самый страшный в мире наркотик — люди. Никакой порошок, алкоголь, трава и прочая дурь не вызывают такую сильную зависимость, как люди. Ей было необходимо поговорить с ним. Она скучала. После всего пережитого душу терзала боль, и его голос нужен был ей, как успокоительное. А теплые руки и объятия как лекарство. И она была уверена, что так же нужна ему. Парня одолевали какие-то плохие мысли, он ходил хмурнее обычного, а взгляд был постоянно расстроенным.
В конце концов, девушка не понимала, что вообще происходило между ними. Ньют, после того, как она, пусть и не намерено, разболтала Максу секреты про Лабиринт, вел себя с ней странно. Он одновременно специально не встречался с ней взглядом, не разговаривал по вечерам, но всегда был рядом, словно оберегая ее. Словно он не мог иначе, не мог стать безразличным к ней.
Эвита нашла его около виноградника. Парень стоял у основания стены, задрав голову кверху.
— Ньют? — осторожно привлекла к себе внимание Эви.
Парень вздрогнул, явно не ожидая, что кто-либо придет.
— Может, поговорим? — робко предложила Эви, подходя ближе.
— О чем? — Ньют посмотрел на нее.
Ей показалось, что она не видела его взгляд, направленный на нее, по меньшей мере, век. Она смотрела в темно-карие глаза и никак не могла насытиться ими. Это было сравнимо с человеком, преодолевшим пустыню и, наконец, добравшимся к воде. Говорят, некоторые пили столько, что умирали.
Заставив себя моргнуть и отвести взгляд, Эвита произнесла:
— Я понимаю, что ты… Я поступила очень плохо, но, Ньют, я, правда не думала, что так выйдет…
— Эва, — прервал девушку парень. — Это уже не важно. Ответь мне на один вопрос.
— Какой?
— Скажи мне, что ты хочешь? — Ньют пронзительно посмотрел на девушку. — Касательно нас. Ты же пришла поговорить, на какой итог разговора ты рассчитывала?
— Я хочу, чтобы все было, как прежде. Чтобы ты остался мне другом, Ньют, — с легким надрывом прошептала девушка. — Вернуть те времена, когда мы были просто друзьями, я скучаю по ним…
— Нет, Эва, — Ньют, сдвинув брови, снова отвел взгляд. — Прости, но я не могу дружить с тобой.
И развернувшись, парень ушел, быстро исчезнув во мраке Глэйда.
========== Chapter sixteen ==========
Комментарий к Chapter sixteen
муз. сопровождение:
Hans Zimmer–Waiting For A Train (Inception OST)
Thomas Newman–I Choose You
Эви тревожно обернулась на запад. Обычно, едва солнце скрывалось за стеной, Бегуны возвращались в Глэйд. Девушка посмотрела на южные ворота. С каждым ударом сердца она ждала появления двух Бегунов, пересекавших границу Глэйда, тяжело дышащих и отдувающихся. Но картина пустынного коридора, темнеющего с каждой секундой, не менялась, а сердцебиение Эвиты учащалось.
— Эвита! — услышала девушка и резко обернулась.
Сложив руки на груди, к ней твердой походкой шел Алби.
— Где Ньют? Где, черт возьми, носит этого шанка?
— Бегуны еще не вернулись, — тревожно ответила Эви, кивая в сторону ворот.
