— Я типо местного врачевателя, — довольно сказал Джеф. — Перевязываю порезы, залечиваю ссадины. В основном мои пациенты Макс, Минхо и Леон. Но как-то раз вырезал Зарту чирий с зад…
— Давай без подробностей, Джеф, — попросил Зарт, поморщившись.
Кто-то из парней подавил приступ смеха, закашлявшись.
— Макс у нас строитель, — продолжил Алби. — Хомстед его рук дело. Конечно, мы с Минхо ему помогали. Одному сложно заниматься строительством. Этот стол, лавочки, загоны — все это сделал Макс с нашей помощью.
— Да, а Джеф иногда помогает мне на плантациях, — подал голос Зарт. — У нас вроде как есть главные по тому или иному ремеслу, но мы все равно помогаем друг другу, работаем сообща.
— Отсюда второе правило, — продолжил Алби. — Уважай каждого глэйдера. Цени помощь и помогай сама. Еще есть третье правило. С ним тебя познакомит Эрни.
— Почему я? — возмутился парень, впервые подав голос.
— Потому что время завтрака закончилось, — лидер поднялся на ноги. — Всем пора работать, а Джеф помоет посуду.
— Я тоже тут не просто так сижу, — буркнул Эрни. — Я за порядком слежу.
— Ах да, — Алби снова обратился к девушке. — Эрни у нас типо Охранник, следит, чтобы не было ссор, грозящих перерасти в драку. А еще он занимается Могильником, убирается там, — он грустно взглянул на парня. — Так что мы называем его Чистильщиком. Но основная его задача следить, чтобы не выбегали в Лабиринт…
— Куда? — не успевая остановить саму себя, спросила Эви.
— Эрни проведет тебе экскурсию, — ответил Алби. — И все расскажет. Скажем, займется этим именно он, потому что до тебя сам был новичком.
— Да, пусть теперь каждого новенького чайника вводит в курс дела предыдущий, — поддержал Минхо. — Так будет правильно.
— В курс дела вводить буду каждого я, — не согласился лидер. — Но только самое основное, а всякое дерьмо, что тут творится, уже пусть рассказывают бывшие новички. Так сказать, делятся личным опытом, пока еще эмоции свежи.
***
Когда все разошлись по своим делам, а Джеф унес посуду на кухню, Эрни поднялся из-за стола и подошел к девушке:
— Ну, сиятельство, идем.
Эрни был довольно крупным парнем, с короткой шевелюрой смолистых волос. Приятное лицо, мощный подбородок, складывалось ощущение, что среди всех парней он самый старший по возрасту. И единственный обладатель настолько ярких голубых глаз.
Эви плелась за юношей вдоль раскидистых стеблей кукурузы, которой было на Плантациях целое поле. Когда оно закончилось, девушка увидела перед собой раскидистый высокий дуб, на стволе которого была возведена деревянная площадка, выполняющая роль смотровой.
— Зачем вам она? — спросила Эвита, вслед за Эрни забравшись по шаткой лестнице наверх.
— А так лучше видно все наше владение, — парень подал руку девушке и буквально втащил ее на деревянный настил.
Эви выпрямилась и, положив руки на перила, обрамляющие площадку, охнула: перед ней, как на ладони, распростерся Глэйд. Поляна была размером с несколько футбольных полей, и отсюда казалась не очень большой, не то, что снизу. С площадки девушка видела загоны Леона — в одном бегали курицы, сопровождаемые важным петухом, а в другом, побольше размером, паслась корова с теленком. Макс сидел неподалеку — при помощи лобзика он шкурил доски. А на плантациях Зарт, согнувшись, собирал жуков с листьев картошки.
Усмехнувшись, Эрни подошел к Эви и произнес:
— Смотри, Симба, все, что освещает солнце, это наше царство.
Пропустив мурашки, пробежавшие у нее от слишком близкого присутствия молодого человека, девушка улыбнулась:
— Король Лев? Мой любимый мультик… — улыбка вдруг исчезла с ее лица. — Но откуда я это знаю? Я не помню, кто такая, но помню мультик, который смотрела в детстве… И не помню, с кем смотрела… как это?
— Это все благодаря стебанутым Создателям, — пожал плечами Эрни. — Людям, которые поместили нас сюда, — пояснил он. — Никто не знает, с какой целью мы здесь, кто нас ссылает сюда. Каждый месяц, как по часам, присылают новенького… или новенькую. Каждые две неделе лифт привозит еду, одежду, стройматериалы или животных. Петух у нас тут две недели живет. Всех страшно бесит, но Леон не хочет его зарубить — говорит, курицы у нас не все несушки, а яйца нужны.
Слушая юношу, Эви поражалась — всего несколько минут назад он угрюмо сидел за столом, а потом громко возмущался, что не хочет быть нянькой.
— Я, бывает, встаю не с той ноги, — словно прочитав ее мысли, сказал Эрни. — А сегодня так вообще в гамаке перевернулся и шлепнулся на землю. Такой вот я, странный.
— Как и все, — пожала плечами Эвита. — Так, что там…за стенами? — кивнула она в сторону каменных изваяний. — Лабиринт?
— Лабиринт, — эхом отозвался Эрни, присев на площадку по-турецки, он оперся спиной на ствол дерева. — Слушай, правило не выбегать за пределы Глэйда — самое важное. И самое строгое. За этими стенами — реально Лабиринт. Насколько он большой, действительно ли занимает сотни миль вокруг Глэйда, никто не знает, — парень вдруг замолчал.
Эви некоторое время ни о чем не спрашивала парня, но когда прошло несколько минут полной тишины, она не выдержала:
