Вик осторожно ступая по блестящему, словно отполированному полу, прошел в темную комнату, в которую понемногу пробиралась прохлада, наплывающая с внешней стороны вскрытого плазменным резаком шлюза. Поднявшийся легкий ветерок шевелил серебристые занавески и перебирал многочисленные золотистые ниточки, чудесной бахромой свисающие с краев одеяла, закрывавшего аккуратно убранную постель. Он не хотел оставться здесь надолго. Сердце защемило и хотелось снова стать маленьким, испуганным, слабеньким, бросится на эту кровать и заплакать в подушку, вспомнив о днях, которые уже никогда не вернуться. Но… нельзя. Сейчас нельзя. Потому что он уже не маленький и слабый. Все изменилось и теперь он должен быть куда сильнее, чем ему хотелось. Он взглянул на кровать, помнившую тепло двух ставших единым целым тел, под золотистым светом гелионарной лампы, и невольно увидел себя со стороны сейчас, в сером, мутном уличном свете, когда солнце едва пробивалось сквозь низкие клубы дыма. Перепачканного, покрытого ссадинами и чужой кровью, обмотавшего вокруг бедер черную, изорванную тряпку, с закрытым темной перевязью выжженным глазом, с висевшей на плече плазменной винтовкой.
Шитвани провел коготками по дверце небольшого настенного шкафчика и распознавательная система, узнав его прикосновение, отворила маленький ларчик, где прислоненные к серой стенке стояли три голографии. На одной из них был он, сидевший напротив окна в котором открывался вид на небольшой гидропонный садик. На второй, два человека, мужчина и женщина, с маленьким запеленутым малышом на руках. Снизу была подпись «Дорогой Лине, на память о первом годике жизни». На третьей, самой новой оказался он и молодая, стройненькая лет восемнадцати на вид девчушка с длинными черными волосами и загорелой кожей. На голографии было солнечно, вокруг колыхалась зеленая трава, а сквозь покачивающуюся листву проникали теплые лучи искусственного солнца. Вик взял ее в руку, проведя пальцем по краю картинки, высветив скрытый текст: «8 августа 6463 года по терранскому календарю». Неужели это было всего пять дней назад? В центральном гидропонном саду Аббервила. Голографию сделал один из установленных вдоль тропинок аппаратов за пару кредиток, которые Лина долго не могла найти в карманах комбинезона.
Бережно, словно беззащитное живое существо, Вик взял все три голографии, отключив их, аккуратно завернул в полотенце, взятое со стола, и прижав к груди вышел из комнаты в коридор, где его ждали вооруженные сородичи. Они наверняка все поняли и почувствовали его настроение, потому как опустили головы и спрятали от него глаза. Теперь, когда самое главное было сделано, Вик мог подумать и о следующей причине своего возвращения. Покинув дом Лины и миновав дворик, он подошел к работавшему на перекрестке двух улиц маршрутизатору и ввел туда имя «Мэтт Хопкинс».
— Так, поступил новый приказ. — Мариус Лейнер вышел в конференц-зал в своем черном экзоскелете, начищенном до блеска и мигающего огоньками светодиодов на внешних панелях управления. — С юга к городу приближается колонна активистов «Серебряной Луны», по всей видимости решивших воспользоваться неразберихой, возникшей в результате вывода из строя генератора пси-поля…
Две сотни полицейских затаили дыхания, ожидая следующих слов. Дойл уже неоднократно видел подобную паузу, чувствовал эту тревожную, жутковатую тишину, накапливающуюся в комнате перед отдачей финального приказа.
— Командование колонизационных сил вызвало подкрепления из военных баз за Аббервилом, однако они не смогут подойти настолько быстро и ориентировочно развернуться возле города лишь к концу цикла, — продолжил Лейнер. — Как мне стало известно, колонна Ордена увязла в тяжелом бою на подступах к городу и скорее всего ей придется отступить, противник имеет подавляющее численное превосходство. А потому, защита города от повстанцев ложится на наши плечи.
— А как же армия? — дрогнувшим голосом поинтересовался Патрик Норр.
— Расквартированные в Аббервиле части заняты сбежавшими биодронами и пока что, судя по всему, их дела идут не так гладко. Они несут тяжелые потери и отступают. Говорят, что биодроны применили какое-то псионно-кинетическое оружие, однако я не знаю верить этому или нет, — разъяснил ситуацию шеф полиции. — Тут все просто, нам приказано в бой с искусственными организмами не вступать, а лишь держать их подальше от участка. В данном случае, я считаю, что командование поступило благоразумно, учитывая тот факт, что биодроны не стремятся закрепиться в городе, а стараются выбраться из него поближе к пещерам. Но…
Лейнер замолк, обводя взглядом сослуживцев. Сказать то, что он хотел произнести было нелегко. Еще тяжелее было решиться на это.