— Я знаю, что вы не армия. Не солдаты. Многие из вас держали оружие в руках лишь в тире. Вы полицейские, в обязанности которых входит обеспечение безопасности граждан, большая часть которых эвакуирована из города еще в прошлый вечерний цикл. Я не могу послать вас на смерть. Повстанцы вооружены лучше чем мы, у них была производственная база и лагеря подготовки своих людей к такого рода операциям. Их больше. Как минимум раз в пять. Поэтому я прошу вас, возвращайтесь к своим родным и близким. Побудьте с ними в эти часы. Я не могу приказать вам сражаться вместе со мной.
По залу пронесся шум. Сначала тихий, затем нарастающий, неспокойный. Гомон человеческих голосов стих, когда Мариус снова поднял руку, призывая к молчанию.
— Мы проработали вместе много лет. Хороших лет, чтобы там о них не говорили. Сейчас ситуация вышла из-под контроля, это очевидно. Когда правительственные войска смогут снова взять инициативу в свои руки, неизвестно. У многих из вас в городе остались родственники, это я знаю. Люди напуганы, бояться покидать дома. Вы беспокоитесь о них, а они о вас. Поэтому самым правильным в этой ситуации будет отпустить вас к ним. Неважно, кто перетянет одеяло на свою сторону — Орден или «Серебраная Луна». Важно, что вы будете живы и сможете продолжать строить новый мир. Это не наша война.
— Я остаюсь, Мариус! — первым воскликнул Патрик Норр. — Сегодня, черт возьми мое дежурство!
— Я бывший солдат, босс, — присоединился к нему Дойл, да и не было иного варианта. — Я буду полезен. Поэтому остаюсь.
Сколько же их мало, тех, кто поднялся сейчас из рядов и встал рядом с Лейнером. Дойл обвел глазами остальных. Провинциальные жители, бравшие в руки оружие лишь тогда, когда требовалось защищать свои жизни. Да и то, делали они это не так умело, как хотелось бы. Куда им воевать в гражданской войне, со своими собратьями-людьми. Ведь у многих не хватит духу выстрелить в того, кто подобен тебе, осознавая, что у него тоже есть семья, дети, родители… Дойл не винил их. Пусть идут. В конце концов, война это дело таких как он, по сути одиноких бродяг в душе, которые даже осев на одном месте такими и остаются. Сколько их? Восемнадцать? нет, вот подтянулась еще одна группа, во главе с Арменом. Теперь тех, кто остается, стало порядка трех десятков. Мало… очень мало. Но что делать.
Лейнер понимающе кивнул.
— Благодарю всех. И тех, кто остался и тех, кто уходит за службу. Вы были хорошими полицейскими. Возвращайтесь домой и осторожнее в дороге, в городе сейчас полное безвластие. — Мариус повернулся к оставшимся и его окаймленное сединой лицо рассекла хищная усмешка. — Ну а нас, парни, ждет работа. И будь я проклят, мы сделаем ее хорошо…
Хищное серебристое тело, блеснув в розоватом свете солнца, устремилось вниз, сквозь едва успевающие зародится облачка рассеянного пара, которые держались в небе всего пару часов и растворялись в разреженном воздухе. На мгновение зависнув над черными конструкциями, казавшимися с такой высоты плотно натыканными в песок коробочками, оно рванулось к земле, отыскав свою цель…
Столб земли и каменных обломков поднялся над тем местом, куда врезалась варп-ракета и где еще мгновение назад полз набитый людьми транспортер. Грохот прокатился над замершими улочками Аббервила, но это был лишь первый взрыв из плотного ковра рыже-красных огненных шаров, окаймленных черными облаками, поднявшихся над Старым Городом. В небе с режущим слух воем пронеслись несколько бомбардировщиков Ордена, поливающих обжигающим ливнем энергозарядов как подходившие к Аббервилу части «Серебряной Луны», так и небольшие разведывательные отряды шитвани, пробравшиеся к руинам с севера. Полузвери сразу бросились под защиту домов, оттуда они что-то хором пролаяли, и вокруг одного истребителя словно сомкнулись челюсти внезапно уплотнившегося воздуха. Искореженная боевая машина, оставляя за собой расплывающийся темный след, рухнула вниз, навылет пробив пылающими обломками несколько зданий.