— Наша семья ловила рыбу возле устья Ти-Тарат, как обычно. Я отошел проверить сети, а когда вернулся, там все пахло гарью и дымилось, как будто проснулась Огненная Гора. Наши временные жилища оказались сожжены, а родичей я так и не нашел… Вернее не успел отыскать. Там вокруг ходили чудовища… Блестящие, неповоротливые, с длинными трубками, которые пускали струи огня. У них даже лиц не было, просто блестящие темные сферы вместо голов.
— Они напали на нашего рыбака, когда обнаружили, что он находится рядом. — закончил рассказ Кецалькеш. — Ранили его. Ответь мне, звездорожденный, что это за порождения пещер?
Най приблизился, опустившись перед молодым тхаути на корточки.
— Можно взглянуть на рану? — спросил он.
— Можно, — кивнул Жрец. — Она тяжелая, но крови почти не было.
Най осторожно приподнял повязку, стараясь как можно меньше беспокоить раненое плечо Тамала. В нос ударил противный запах обожженной плоти. Даже беглого взгляда на чуть прижженную чешую хватило для того, чтобы понять, что это такое. Най знал только одно существо, чье оружие было способно наносить такие раны.
Но как они проникли сюда? Не преследуя же двух биодронов, про которых, скорее всего, к этому времени либо забыли, либо и не знали вовсе. Ведь и у него, и у Рита не было нейроконтроллеров, выследить их было невозможно.
— Я говорил о них неоднократно. — Най со вздохом отошел от раненого. — Это люди. Те, кто возродил наш род. Они пришли со звезд, построили на внешней стороне планеты города.
— Они пришли из бездны?
— Если в вашем понимании Космос, это бездонная пропасть, то да. Но это меньшее, что сейчас должно вас волновать. Ваш народ должен покинуть Кхол-Туар.
Най сам испугался своих слов. Но если люди обнаружат здесь город незнакомых существ, кто может дать гарантию, что они не превратят его во второе Чистилище?
Впрочем, на Кецалькеша эти слова не произвели впечатления.
— Мы не можем этого сделать. Нам не нужно этого делать. Нас защитит Сердце, как оно всякий раз спасало нас от порождений пещер.
— Насколько я понимаю, обитатели пещер созданы самим Сердцем, как и вы. И оно вмешивается в вашу жизнь, давая возможность существовать всем своим созданиям. — прервал Жреца Най. — Но люди не творения Сердца. Над ними оно не властно. Иначе оно давно бы изгнало их с планеты.
— Ты с такой уверенностью говоришь о том, чего не можешь знать наверняка. — с сомнением произнес Жрец. — Скажи мне, ты бывал среди звезд? Ты видел иные миры? Нет? Тогда как ты можешь утверждать, что они обитаемы? Не могли ли люди просто рассказать тебе эти истории, чтобы ты относился к ним более уважительно?
— Есть люди, которым я верю. Верховный Жрец, раз уж ты можешь решать судьбу своего народа, прикажи ему уходить в леса. Пусть люди найдут пустынный город. Так будет лучше.
— Я не управляю городом, — заметил Кецалькеш. — Мы живем по воле Сердца, а я лишь его глашатай. И оно сейчас молчит. Неужели ты хочешь заставить нас поверить в то, что в тебе оно говорит громче чем во мне?
— А почему и нет? Ведь я же звездорожденный, а значит создал его. — предположил Най.
— У меня нет причин тебе верить. Если бы это было так, ты бы знал, что заставило твоего друга шагнуть с платформы вниз, — покачал головой Кецалькеш. — Как люди доберутся до парящего в облаках города? Они умеют летать?
— И не только летать.
— Я уже распорядился послать к устью реки отряд воинов. — продолжил Кецалькеш, игнорируя слова Ная. — Они посмотрят на этих самых «людей», и если те будут настолько разумны, что смогут понять нашу речь, то будут говорить с ними. Мы должны дать им понять, что они находятся в чужом мире.
Все происходило как в плохом сне. Предсказуемо до омерзения. Най уже точно знал, что последует потом, но как он мог донести свои мысли до тхаути, которые не хотели их слышать? Они жили в другом мире, лишенном угроз, окруженные приветливыми джунглями, в которых их не трогали даже хищники… Как им объяснить, что люди не такие? Как дать им понять, что и сам Най не такой?
— Те, кого вы послали к устью реки погибнут — жестко сказал шитвани. — И вы погибнете, если не послушаете меня.
— Я видел тьму в твоем друге. Внутри тебя ее нет, — также жестко ответил Кецалькеш. — Он мог привести наш народ к смерти, но ты — нет.
— Видения Сердца? — Най рассмеялся. — А если оно всего-навсего показало грядущее? Вы об этом не думали? Вы все ждете знамения, а если оно уже было, только вы его не заметили?
Кецалькеш задумался. В наступившей тишине он сделал Тамалу знак выйти за дверь.
— Он говорил со мной сегодня ночью. — в полутемном зале Най заметил как по его черной шерсти пробежали серебристо-голубые искры. — Он сказал, что ушел потому что так было нужно, а не потому что этого хотели вы. Ничей путь не завершен и судьба не предопределена. Вы верите в то, во что удобно верить, но что делать тогда, когда верить в то, во что удобно вы не имеете права, потому что последствия могут стать катастрофическими? Я спросил вас, Жрец, каким было видение Рита, но ты не ответил, потому что не знаешь, что открыло ему Сердце. Ты блуждаешь в еще большей тьме, чем мы.