Дойл прошелся вдоль рядов картин, рассматривая их как в музее. Все эти полотна, окружавший их полумрак, прохлада, легкая влажность и тишина, нарушавшаяся лишь шаркающей походкой старика, как-то по-особенному завораживали и успокаивали.
— Скажите, ведь в вашей жизни были случаи, когда вам казалось, будто кто-то ведет вас за руку сквозь трудности и непреодолимые, на первый взгляд препятствия? — поинтересовался Орьен.
— Ну… пару раз случалось, — неуверенно ответил Дойл.
— И что тогда?
— Если вы клоните к тому, что я благодарил некую высшую силу, то, наверное, да. — пожал плечами Майкл.
— Как по-вашему, это был Бог?
— Я не могу вот так сразу ответить на этот вопрос… — хмыкнул Дойл. — Может быть Бог, может быть что-то еще…
— Видите ли, еще задолго до того момента, как на Терре началась война с «МенталКорп», а Церковь Единого улетела к звездам в поисках позвавшего их Бога, многие поняли, что само понятие бога есть метафора, — заговорил Гильермо, усевшись на небольшую деревянную лавочку. — Обобщение. Понимаете? Простое буквосочетание, призванное подарить плоть всему тому, что невозможно осознать. Раньше это были гром и молнии, от которых наши предки прятались в пещерах, позднее созидание вселенной и реакции внутри бозонов. Сейчас наша наука тоже не всесильна. Вот Бог и вбирает в себя все неизвестное, что окружает нас в данный момент времени. Мы знаем про нервную систему, но не понимаем как функционирует сознание. Мы знаем, как растет трава, но не знаем, почему она растет именно по таким физическим константам, а не по иным. Мы знаем про скорость света, но не понимаем почему она именно такая, а не иная. Да и что может быть более непознанным, и истинным для всех, нежели Вселенная?
— Люди не знают, что происходит на этой планете, — заметил Дойл словно невзначай. — Вы ведь намекали на это.
— Не знают, — согласился старик — Потому что не понимают ее. Не могут принять того, что она живет не по тем законам, к которым привыкли они, а по своим. И пока они этого не признают, боюсь, может произойти много ужасных событий. В этой планете тоже сокрыт Бог, равно как и его антипод. Вот только никто этого не хочет видеть.
— Странный у вас взгляд на Бога, — заметил Дойл. — Думаю, в свое время вас сочли бы еретиком.
— Может быть сочли, а может быть и нет, — неопределенно пожал плечами старик. — После контакта с иными расами, те из людей, что оказались поумнее отбросили в сторону старые догматы. Научились видеть мир не так, как принято. Признали то, что правда скрыта не в древних текстах, а в унитарности. Истина лишь то, что является непреложным для всех, а не только для нас. К сожалению, такое понимание распространилось лишь по периферии, не затронув ортодоксальные сектора. Это и стало причиной падения. Причиной того, что тот Бог, которого старая вера нарисовала перед людьми, стал людям не нужен. Зачем тебе химерический призрак ходящий по воде, если есть антиграв?
— Были мифы о Боге-Творце, не так ли? — напряг память Дойл, вспоминая курс истории. — Мифы о поиске вопроса о том, есть ли Бог?
— Молодой человек… Вы знаете, что отвечают на этот вопрос тракати? Эти существа, что пережили, кажется, рождения и смерть созвездий.
— Разумеется нет. Странно, что вы знаете…
— Я путешествовал пару десятков лет, прежде чем осесть тут, — улыбнулся старческой беззубой улыбкой Гильермо. — так вот, я однажды задал одному из тракати вопрос, а из чего возникло все, что нас окружает, существует ли тот Бог, которого мы ищем? Не создал ли эти звезды, миры и жизнь некий всесильный Дух. И его ответ потряс меня…
Старик глубоко вздохнул прикрыв глаза, явно вспоминая тот момент.
— Вы, Смертные, так стремитесь найти Бога, что даже не задумываетесь, а зачем вам это? — ответил мне тогда тракати. — Если я отвечу тебе, что все, что ты видишь вокруг себя было кем-то сотворено, как изменится твоя жизнь? Разве ты станешь существовать по-другому?
Гильермо умолк, устремив свой взгляд в потолок. Только вот казалось, что видел он не украшенный темной вязью желтовато-серый пласто-металл, а звезды. Далекие и безымянные. Майкл хотел было извиниться и выйти, все-таки странным был этот одинокий старик, но вдруг ему стало неудобно, ведь никто же не звал его сюда, он сам решил войти в полузасыпанный песком дом, до которого очистные машины доезжали, наверное, раз в неделю.
