– Не так быстро моя хорошая, небольшой инструктаж, прежде чем я уйду. – Он погладил её по голове и обхватил за плечи, женщина вздрогнула. – Если захочешь вызвать полицию, знай полиция всегда с тобою рядом – Чейз достал удостоверение и показал ей, Лана резко выхватила чтобы убедиться, что это правда, мужчина даже удивился такой реакции. Немного погодя он выхватил его обратно.
– Так, что знай, на любой твой вызов, приеду я – угрожающе, глядя ей в глаза, проговорил Чейз.
– И ещё, думаю Нику лучше тоже не знать об этом, хотя дело твоё, если хочешь проблем на работе или вообще остаться без неё, – весело продолжал он – Можешь и поболтать с ним по душам. – Чейз наиграно мило улыбнулся, развернулся направляясь к двери, но вдруг передумал, вернулся обратно, прижавшись вплотную к девушке, взял за талию, наклонился к её уху, и прошептал вполголоса: – Постарайся выяснить где Джейсон детка, что бы я не наведался к тебе снова в ближайшее время, вы же с ним вроде как любовники? – Ехидно усмехнулся он, прищурив глаза. В её взгляде пылала ненависть к этому человеку.
– Я думаю эта у нас не последняя встреча, пока малышка! – Наконец мужчина ушёл, Лана захлопнула дверь, закрывшись на все замки. Проверила все окна, двери, через которые можно было проникнуть. Все было заперто. Присев на диван, девушка закрыла лицо руками и дала волю эмоциям.
2
Лана недавно прилетела из Москвы в Лондон по приглашению владельца одной из известной галереи. Ник Ходжест, мужчина около шестидесяти лет с светло-карими глазами, его лицо обрамляла вьющееся мелким бесом, мягкая, каштановая, средней длины борода почти такая же растительность была и на его голове. Славился он своим экстравагантным и непредсказуемым нравом. Он часто бывал в России, в Москве по делу и так, выискивал захудалые галерейки, и всегда находил для себя что- ни будь этакое, приобретал и спокойно себе летел в "Свой" Лондон эпатировать публику. С картинами Ланы было иначе. Сначала, он увидел их в худо- бедном кафе и подумал, что им там не место. Как-то раз прогуливаясь по старинной, уютной улочке Москвы, он наткнулся на галерею находящеюся в подвальчике. Это было небольшое помещение с двумя комнатами метров пятнадцать каждая и окнами на две третьих уходящих под землю. По среди комнаты стояли три кожаные табуретки. На улице было по-осеннему сыро и холодно. Нику показалось, что в подвальчике очень тепло, даже уютно. Он присел на табурет как можно удобней. Стал рассматривать картины, в голове мелькнула мысль, что картины тут и в кафе написаны одним и тем же художником, хотя тематика была разная. Ходжест расслабился, глядя на них, ушёл в себя. А в голове уже складывался портрет художника, это был его талант, через картины видеть людей. То, что он увидел ему понравилось. Взору предстал образ красивой миниатюрной брюнетки лет тридцати пяти, может больше, она много работала, но не была уверена в своей работе, что-то мешало ей. "Что же, что же, вселяет в неё такую неуверенность, быт, дети, алкоголь? Нет не алкоголь, мужчины? "– Размышлял он. "Почему она так не довольно собой? Это плохо." Образ складывался из мазков, цвета, оттенка, переходов и размера холста. Какие-то подробности приходили к нему, как мысли сами собой, он даже сам не понимал, как это у него получалось, но уже давно привык к своей странности и принимал её как должное. Найти художницу не составило труда. Глядя на неё, он был доволен, доволен ей, доволен своей интуицией. Девушка говорила с ним на английском с сильным акцентом, но вполне приемлемо для понимания. Из разговора с ней, Ходжест узнал, что у Ланы дочь учится в Шотландии в школе искусств, что немного удивило его.
– На первом курсе, только поступила – рассказывала Лана, широко улыбаясь и явно гордясь своим ребёнком.
– О, это очень хорошо! – дальше он узнал, что она разведена, но с бывшем мужем сохранились дружеские отношения. И кстати он полностью оплачивал проживание и обучение их дочери за границей. На самом деле после развода они не сразу пришли к мирному согласию взаимоотношений, когда Еве их дочери исполнилось два года мужчина заявил, что Лана не устраивает его больше, как женщина. Хотя после её рождения Лана быстро пришла в свою прежнюю форму. Муж нашёл себе молоденькую любовницу, взяв пару вещей, ушёл оставив квартиру и всё что в ней находилось бывшей жене и дочери. Сказать, что для женщины это было шоком, проще ничего не сказать. Она потребовала от него объяснений. На что он ответил просто, но высокомерно:
–Дорогая я не любитель грязи и пятен, прости… – Женщина задыхалась от гнева.
– Что ты имеешь в виду говоря грязь!!! Да, у нас маленький ребёнок, я поддерживаю порядок каждый день, – пыталась оправдаться она, – К нам три раза в неделю приходит уборщица и намывает всё до тошнотворной стерильной чистоты! Так, что ты имеешь ввиду под словом грязь!!! – зверела Лана.
– Только то, что сказал, извини если тебе это не нравиться- спокойно отвечал муж.
– Я понимаю, что не в праве просить тебя бросить твоё масленое хобби…
