Через двадцать минут, еще не высохнув, она уже была на четвертом этаже больницы. Там было настоящее сонное царство. Почти все больные спали. Сестры сидели на постах, заполняя документацию и одним глазом поглядывая на мониторы. Младший резидент ходил по отделению, исправляя назначения.
Саксена подошла к одной из сестер.
– Джоанна Уитмен? – Сестра порылась в историях болезни. – Палата четыреста двенадцать.
– Спасибо, – поблагодарила Саксена. – Вы не позвоните доктору Оттобрини? Попросите его подняться.
– Хорошо, – девушка прищурилась, чтобы прочитать имя на бирке, – доктор… Саксена?
Фамилия явно ей ничего не говорила.
Сидни направилась в палату. Джоанна спала, трудно дыша. Сидни взглянула на карту. Частота пульса за последние несколько часов заметно увеличилась.
Она вышла в коридор, где едва не столкнулась с Оттобрини, стройным молодым врачом с припухшими глазами, в которых застыл колючий, раздраженный взгляд. Сидни взглянула на Оттобрини, уловила его раздражение и смерила испепеляющим взглядом. На какой бы стороне границы, разделяющей хирургов и терапевтов, она ни находилась, она была штатным врачом, а он – всего лишь резидентом.
– Послушайте, доктор Саксена, я позвонил старшему резиденту, и он сказал, что не стоит из-за этого пустяка беспокоить доктора Митчелла. Он просил подождать…
Оттобрини не успел договорить, как к ним подошел лысеющий врач с вислыми плечами. Оттобрини явно не ждал его прихода.
– Билл?
– Том… – Старший резидент повернулся к Сидни: – А вы, должно быть, назойливый доктор, Саксена. – Он произнес эти слова шутливым тоном, без тени раздражения, на губах его играла приветливая улыбка. Он снова обратился к Оттобрини: – Назначьте спиральную КТ миссис Уитмен.
Красные глаза младшего резидента изумленно округлились.
– Выполняйте.
Оттобрини ушел в палату и принялся писать в карте назначение.
Старший резидент во все глаза смотрел на Сидни.
– Я так и не смог заснуть после его звонка. – Он протянул Сидни руку: – Билл Макманус.
– Сидни Саксена.
– Я почему-то думал, что вы выше ростом, с крючковатым носом и бородавкой на щеке.
– Подождите пару лет, и она появится, – рассмеялась Сидни, вдруг вспомнив, что сегодня у нее тридцать пятый день рождения.
– Думаю, что вы правы с диагнозом, потому что мы так и не смогли прийти ни к чему определенному.
Сидни восхитилась поведением старшего резидента. Немногие врачи так легко поступаются своими амбициями, даже если речь идет о жизни и смерти больного. Он смущенно посмотрел на Сидни и снова протянул ей руку. Она без колебаний ее пожала.
– Спасибо. Мы сообщим о результатах исследования, – сказал он. Она кивнула, и они разошлись по коридору в разные стороны.
В полдень Сидни по пейджеру попросили позвонить на четвертый этаж.
– Макманус, – ответил мужской голос. Ее подозрения подтвердились, сообщил он. У Джоанны Уитмен тромбоэмболия легочной артерии, и сейчас ей проводится непрерывное введение гепарина. Мелкие эмболы поражали веточки легочной артерии, затрудняли дыхание и создавали впечатление легочной инфекции. Описав результаты исследований и анализов, Билл Макманус сделал короткую паузу и назначил Сидни свидание. Она едва не потеряла дар речи, но быстро взяла себя в руки. Как всегда, она отказала, воспользовавшись самой удачной своей отговоркой: она уже занята. Правда, не сказала, что занята больницей. Тем не менее порадовалась, что и в свои тридцать пять все еще «пользуется спросом».
Несколько дней спустя Билл Макманус случайно столкнулся с Сидни в палате Джоанны Уитмен. Сидни решила наконец лично познакомиться с этой пациенткой. Муж Уитмен выглядел теперь по-прежнему таким же изможденным, но тревога в его глазах уступила место безмятежности. В вену левой руки больной капал раствор разжижающего кровь гепарина. Сидни пожала ее правую руку.
– Смотрите-ка, кто к нам пришел! – воскликнул Макманус. Несмотря на какое-то внутреннее предубеждение, Сидни была благодарна ему за это изъявление искренней радости.
– Миссис Уитмен, бьюсь об заклад, что она вам ничего не сказала, а сам я постеснялся это сделать. Доктор Саксена – это тот человек, который разгадал загадку вашей болезни.
Джоанна Уитмен посмотрела на Сидни и с чувством сжала ее руку:
– Спасибо, милая. Я уже думала, что сойду с ума, – эта болезнь свалилась неизвестно откуда.
Сидни улыбнулась.
– Берегите себя, миссис Уитмен.
Когда Сидни направилась к двери, ее окликнул муж больной:
– Доктор!
Сидни остановилась. Мужчина протянул костлявую ладонь и пожал ее руку:
– Спасибо, спасибо вам.
