За завтраком такие серьезные вопросы, как мое возможное регентство, не затрагивали. Клод торопил Ромэра, они вдвоем хотели с утра встретиться с кем-то из осведомителей. При мне, как и прежде, никакие дела восстания не обсуждали. Это только радовало. В качестве испытания вполне хватало и того, что Ромэр по сложившейся традиции сидел рядом. Он был близко, но не обращал на меня никакого внимания. Даже с Леттой говорил больше, чем со мной. И с каждой минутой я все больше убеждалась в том, что правильно вчера ничего не сказала. Только выставила бы себя наивной дурочкой. В лучшем случае.
Когда мужчины ушли, помогла адали убрать со стола и собралась помыть посуду, но Летта меня остановила.
— Оставь, — она махнула рукой на таз с мыльной водой. — Давай чайку попьем.
С этими словами адали вынула из шкафа баночку абрикосового варенья.
Чай был вкусным, абрикосы, сваренные половинками, удивительно нежными и не приторными. А вот тема разговора меня удивила. Летта решила рассказать о родителях Ромэра.
Думаю, с годами историю приукрасили, но незначительно. Такая история не нуждалась в дополнениях. И так походила на легенду.
Мэри Аквильская была красивой и скромной девушкой. Рене Тарлан, молодой князь, познакомился с ней в Ноарне. На празднике, традиционно устраиваемом после Совета. Мэри покорила князя. Сперва красотой и грациозностью, а после, когда Рене пригласил девушку на танец, и умом. «Словами не передать», каким жестоким было разочарование молодого князя, когда он на следующих день пришел к «славной свахе», устраивающей браки знати. Ведь она сказала, что Мэри Аквильская уже просватана. Но, по словам Летты, мужчины рода Тарлан всегда были решительны в сердечных делах. Дед Ромэра даже выкрал свою возлюбленную, когда ее родители не согласились на брак. И Рене не стал исключением. Он не посчитался с тем, что нарушает несколько правил этикета, и, разумеется, с богатыми дарами отправился в гости к соседу. Князь Аквиль принял неожиданного визитера радушно, как подобает ардангу. Когда за ужином за столом собралась вся семья Аквиль, Рене попросил расторгнуть помолвку Мэри. Причиной назвал свою любовь к девушке. Я почему-то ожидала, что в этом месте будет рассказ о разыгравшемся скандале. Но, как сказала Летта, покойный князь Аквиль только улыбнулся и отрицательно покачал головой. Да, никто не утверждал, что брак, спланированный задолго до появления Рене, был основан на любви. Но жениха подобрали давно, выкуп за невесту он предлагал очень щедрый. Отказываться от планов из-за внезапной влюбленности соседа князь Аквиль не собирался. Рене Тарлан не искал ссоры, потому не стал настаивать. Но и отказаться от девушки тоже не мог.
Он снял дом в городе и неизменно «случайно» встречал Мэри, стоило ей покинуть замок. Это были мимолетные встречи, молодые люди в большинстве случаев даже не разговаривали. Но Мэри знала, что князь не отступился и, хоть по закону не имел права еще раз посетить дом князя Аквиль, не имел права сам заговорить с девушкой, но все же очень ею интересуется. Так продолжалось почти месяц. А потом со вторым визитом приехал жених. Родители невесты, по традиции отказавшие в первый раз, согласились. Теперь упрямиться должна была девушка. И она упрямилась. Летта сказала, от тихой и покладистой Мэри никто не ожидал такой категоричности и неуступчивости. Невеста решительно отказала жениху, что вполне соответствовало обычаю. Но встречаться с ним наедине для обмена подарками тоже не пожелала.
Если до этого момента в рассказе я была уверена в том, что упрямство Ромэр унаследовал от отца, то теперь знала, — постарались оба родителя. Покойный князь Аквиль три недели пытался заставить дочь следовать традиции. Безуспешно. Мэри на свидание не пришла и после того, как отец, рискуя начать небольшую войну между княжествами, выдворил из города Рене. Она не пошла на свидание с женихом, когда отец пригрозил отречься от дочери. Не уступила просьбам матери и увещеваниям брата.
Через три недели жених понял, что «нет» невесты было ее окончательным решением, что увеличением суммы выкупа тут не помочь. И уехал. А еще через месяц сыграли свадьбу «упрямой Мэри» и «наглеца Тарлана».
— И что он подарил ей? — я уже знала, что подарки, которые делают друг другу жених и невеста, особенные. Не всегда дорогие и парные, но все же в чем-то уникальные.
— Самую ценную для него вещь, — улыбнулась адали. — Кольцо матери.
— А она ему?
— Вышивку. Очень красивую. На темно-синем фоне серебряными нитями изображение лунного оленя. Думаю, ты когда-нибудь увидишь ее. Я ведь точно знаю, что во время первой войны Рене ее спрятал. Ромэр во время второй войны вещи в замок не возвращал. Будем надеяться, она пережила грот.
— Грот? — в любом другом случае я держала бы в узде любопытство, но разговор получился очень доверительным. И я не сомневалась в том, что Летта ответит.
— Да, под замком Тарлан есть ходы. Один из них ведет в подземный грот. Там спрятаны все ценные вещи. Чтобы «Вороны» не растащили. Им досталось, по сути, только здание.
