В избе, у жарко натопленной печки, понурив голову, сидел хозяин. Настя всхлипывала в комнате. Войлоков сел к столу, постучал ладонью по планшету.
-- Здесь, Илья, заявление Насти... Ну, выпил... Так чего жену гонять? Ты вон какой медведь! Совсем одичал в тайге, что ли? Еп-понский бог! Нашёл с кем воевать! Герой! На работе навкалывается она, да ещё дома хозяйство, ребятишек обстирать, накормить... А ты?! Нет бы пособить ей чего - так кулаками машешься...
-- Не помню как вышло... Прости, Георгий Георгиевич! Брошу пить...
-- Не у меня - у Насти моли прощение.
-- Пробовал... И слушать не хочет.
Войлоков подошёл к заплаканной Насте, тронул за плечо.
-- Не передумала с заявлением?
-- Не хочу я сажать Илью в тюрьму, -- горячо зашептала Настя. -- Да кабы не бузил спьяну-то. Вот, поглядите, -- показала Настя синяки и кровоподтёки на локтях. -- А трезвый - золотой человек... Вы припугните его хорошенько!
-- Ну, еп-понский бог! Я что, пугало?!
-- Нет, что вы! Это я так, -- смутилась Настя. -- Чтоб вы построже с ним.
-- Ладно, наскучается в тайге -- подобреет... Вот что, Илья. Больше заявлений ждать не буду. Составлю протокол... О мальчонке подумай. О дочери. Ботинки у Кольки починить надо. Да тебе когда за пьянкой-то? И как уроки Наташке делать, если отец дебоширит? Кольку, помнится, ты за двойки ремнём стегал. А тебя, взрослого детину, тоже прикажешь пороть? В общем, в последний раз сошло тебе. Повинись перед Настей.
-- Спасибо, Георгий Георгиевич!
-- Чуть не забыл: случаем, в своём зимовье Касьянова не встречал? И мастера Белова с ним? Рыбачить они собирались в Соболином ключе.
-- Так вот, стало быть, какие бутылки я нашёл в зимовье на той неделе! На те выходные, как пропали рыбаки, дома я был. Хотел Насте чего...
-- Вижу, помог, -- указывая на немытую посуду и кучу нестиранного белья, буркнул Войлоков.
-- Перебрал малость... Тут Настя прицепилась, давай донимать за выпивку. Не сдержался...
-- Сезон охоты начался... Чего у печки бока греешь?
-- Так ведь заявление настрочила... Ну, думаю, хана. Какая теперь охота?
-- Ты про бутылки в зимовье говорил..., -- напомнил Войлоков.
-- Я и говорю... Как с Настей повздорил, уехал наутро в тайгу. В понедельник, значит. А в избушке побывал кто-то. Пустых бутылок -- батарея! Решил -- залётные, городские наведались... Хотел белку промышлять. Не смог. Всё из-за Насти переживал. Домой воротился. Тут и узнал, что Касьянов с Беловым пропали. Выходит, они были там...
По всей Таюре искали исчезнувших людей. Охотники обшарили тайгу, неводами и баграми избороздили реку. Осмотрели отмели и перекаты. Излазили омуты, забитые корчажником, и болотистые поймы.
Посыпал первый снежок. Тонким ледком подернулась кромка воды у берегов.
Охотники вернулись в посёлок, уверенные, что течение отнесло погибших рыбаков далеко вниз.
-- Таюра большая... Кто знает, за каким плёсом навернулись, -- рассказывал о своих поисках Илья Мукачёв. И сдвинув шапку, скрёб затылок:
-- Ума не приложу, чего попёрлись в моё зимовье на моторке? Проще на машине добраться...
В конце октября стихла Таюра. Покрытые хрупкими льдинками обнажились мели. Утопленников нашли. Понемногу стихли разговоры о трагической рыбалке. Новым директором леспромхоза назначили Стукалова.
Служебные дела привели Войлокова в кабинет нового директора. Стукалов обставился компьютерами, видео и аудио аппаратурой, телефонами, дорогой офисной мебелью. Он не ожидал прихода Войлокова и засуетился, увидев сотрудника милиции.
-- Садитесь... Слушаю вас, Георгий Георгиевич...
-- Подмораживает, Юрий Витальевич. В самый раз по первому снежку в тайгу сбегать. Нынче, говорят, белки уйма.
-- Да какое белкованье, -- Стукалов кивнул на кипы бумаг на столе. -- Работы невпроворот. А вы, извиняюсь, по какому вопросу?
Войлоков вынул из планшета лист бумаги, положил перед Стукаловым.
-- График дежурства пожарной дружины занёс. Ознакомьтесь...
-- Хорошо, оставляйте, посмотрю.
Стукалов успокоился, откинулся в кресле.
-- Обижаете, лейтенант. Мимо проходите. А мы "Панасоники" плазменные привезли. Прямые поставки из Японии. Могу предложить. Недорого...
-- Это для кого как... У меня "Шарп". И знаете - прекрасно показывает! Так вы, Юрий Витальевич, с графиком-то не тяните... Особенно с дежурной машиной для опорного пункта.
Стукалов выдвинул ящик стола, чтобы положить в него бумаги. Там лежал круглый металлический предмет: дюралевый колпачок с цепочкой. Стукалов испуганно схватил его, в замешательстве поискал глазами, куда деть и швырнул в мусорную корзину.
-- Валяется тут всякий хлам... От прежнего хозяина остался, - пробормотал он, со стуком задвигая ящик.
Круглая белая луна уже повисла над островерхими елями, когда Войлоков занялся домашними делами.
Сосновые кругляши раскалывались легко, и гора желтоватых, пахнущих смолой поленьев, росла быстро. Колоть дрова ему нравилось. И телу разминка. И отдых душе. Поразмыслить можно. Отчего так встревожился Стукалов? Понял, что я увидел побрякушку с цепочкой и с лица сошёл...
Войлоков размахнулся, примериваясь к чурке, но вдруг опустил топор.
