- Ладно, – наконец сказал Фиш. – Хорошо. На выходе мы хотим ежемесячно полторы тысячи долларов. – Он не удержался и добавил: – В первый год работы.
Я засмеялся.
- О`кей, пусть будет так.
- А что ты хочешь от проекта через пять лет?
Вот упрямый черт.
Я задрал голову вверх. Сквозь мясистые листья дерева подмигивало солнце. Прямо надо мной висел крупный зеленоватый плод. Сходу сочинилось:
Чайный куст. Рядом –
Лимонное дерево…
О, где моя кружка?!
- Ты забыл про сахарный тростник, – сказал Фиш. – Для полноты картины. А кружка есть в хижине.
На острове мы обнаружили домишко из бамбука, а в нем гамак, стол и хозяйственную фигню типа мачете, москитной сетки, удочек… Только жратвы не нашлось. Осмотрительный Фиш решил – поскольку неизвестно сколько нам здесь торчать, надо подумать о еде. Он вручил Элис удочку с блесной и отправил ее попробовать удачи (вот нашел кого на рыбалку посылать, да?). Сам достал из кармана бумагу и карандаш, с комфортом устроился в тени дерева и принялся задавать дурацкие вопросы.
Замучил он меня, дружище – «стратегические планы», «тактические планы»… Будто я затеваю не открытие клуба, а крупномасштабную военную операцию по захвату недружественной страны.
Фиш рисовал кружочки, вписывал в них «Результат через пять лет», «Через три года», «Через год»… И продолжал меня пытать.
- Какая должна быть выручка, чтобы за вычетом расходов на зарплату, аренду, налоги, закупочную стоимость продуктов… и так далее – оставалась эта сумма?
- Да откуда я знаю?! Я музыкант, а не ресторатор. Элис, у тебя же клюет!
- Выясни. Узнай, сколько в процентном соотношении составляет…
- Подсекай, Элис, подсекай! Эх, сорвалась… – Я покосился на Фиша. – Э-э… Все, старик, больше не отвлекаюсь. Погнали дальше…
Короче, мы залезли в такие дебри экономики, что и пересказывать тошно. Но я понимал, что без нее никуда, поэтому мужественно продирался сквозь все эти «дебеты – кредиты», да простит меня дух Колтрейна.
На войне как на войне.
На следующий день в реале я заскочил в погребок «Говорящая лошадь» к знакомой телке – она там работает администратором. Посидели за рюмкой чая, потрындели, то да сё… Вспомнили старые времена – как зажигали, ну, когда помоложе были!
Девушку, кстати, звать Алиной. Познакомился я с ней в пивбаре «Бегемот», где подменял знакомого саксофониста (да, дружище, были времена, когда в пивбарах звучал реальный свинг!) А Алина в «Бегемоте» отмечала день рождения. И каждые 15 минут подходила и заказывала композицию «The man I love» Гершвина. Уж больно ее продирала эта тема.
В перерыве она пригласила меня за столик к своей компашке, а под занавес позвала в гости. Догуливать именины. Ну, поехали мы кодлой на трамвае – ибо на такси уже бабок не осталось. Вот и представь, дружище – осенний вечер, полупустой трамвай, запотевшие окна… Я расчехляю саксофон и прямо посреди вагона в честь именинницы играю: соль ля, соль ля, соль си-бемоль…
The man I lo-o-o-ve…
Так, что-то я отвлекся.
Короче, вспомнили мы с Алинкой былые подвиги, и я перешел к делу. Достал листочек со списком вопросов от Фиша (я его в реале по памяти восстановил) и давай ее терроризировать – что там да как у них в сфере общепита. Ну, она девка толковая, на многие вопросы ответила с лету. Но не на все. Потому как сама не хозяйка, и некоторые данные для нее недоступны.
Что ж, и на том спасибо.
Фиш в Параллельном мире переписал цифры на свою бумажку. Потом отложил карандаш и задумался. Ну, мы с Элис тоже помолчали, глядя на него…
А, забыл сказать! Мы опять на острове очутились. Лимоны, камни, море… Элис выдвинула предположение, что пока мы бизнес-план не составим, так и будем здесь торчать. Так что давай, говорит, Виргус, собирай быстрей инфу.
Фиш кумекал, наверно, минут десять. Или пять. Потом виски потер и спрашивает:
- Нет ли у тебя знакомого хозяина ресторана или клуба?
Ну, у меня в Казани знакомых больше, дружище, чем у тебя блох на голове… Нет, что-то я не то сказал (Ботан, может, подправить? Написать политературнее – «больше чем жемчужен в море» или «песчинок в Сахаре»? Хотя ладно, надо отходить от дешевых штампов).
- Вы будете крайне удивлены, маэстро, – отвечаю, – но как раз есть!
Знаешь, кого я имел в виду, дружище? Сейчас расскажу.
В хоре оперного театра пел один крендель, Ринатом звать. Парень неглупый и крепкий – имел черный пояс по карате. Когда началась перестройка и все полезли в кооператоры, Ринат тоже решил наладить бизнес – открыл бар прямо в подвале театра. Для своих. Ну, видно, с руководством договорился.
Фишка заключалась в том, что он наливал в долг. Завел на каждого страждущего отдельный счет, а пятого и двадцатого дежурил возле кассы. И все знали, что если денег не отдашь, Ринат драться не полезет, кричать не станет. Бабки у тебя вычтут из зарплаты, и в бар ты уже не сунешься. Бизнес процветал.
Потом он открыл официальное кафе в городе. Затем еще одно. И еще… С музыкой завязал, стал преуспевающим коммерсом. Молодец, что тут скажешь.
В общем, я Фишу рассказал, он отвечает – мол, годится, сходи к своему приятелю, пусть поделится информацией.
Ну, я и пошел.
