Остался только один вопрос: как отреагирует экипаж, когда Кроутер отстранит Ньето?
Многие подчиненные Ньето – выходцы из Внешних колоний, где жители сочувствуют повстанцам, а коммандер не мог в одиночку подсовывать и контролировать все подслушивающие устройства, обнаруженные в оперативной группе. Так что на «Призрачной песни» должно быть как минимум несколько сообщников Ньето, а один или два, возможно, сейчас находятся на летной палубе.
Это и было причиной того, что Эйвери стоял около Кроутера с парой пистолетов M6C в набедренных подсумках.
Еще раз глянув на хронометр, Ньето сказал:
– Ковенанты все равно узнают через несколько минут, что будут атакованы. – Он трижды постучал пальцами по подлокотнику кресла, как будто в задумчивости, а затем вздохнул и распорядился: – Передавайте открытым текстом.
– Отставить, – приказал Кроутер.
Джонсон ощутил под ногами почти незаметную дрожь, как будто «Призрачная песнь» отреагировала на дерзость Кроутера. Офицер связи задержался только для того, чтобы посмотреть на Ньето в ожидании подтверждающего кивка, а затем стал готовить импульсную передачу. В сторону Эйвери никто не глядел, так что он поднес ладони к набедренным подсумкам и сунул пальцы под откидные крышки.
Кроутер перевел взгляд с офицера-связиста на Ньето.
– Коммандер, отправка этого микроимпульса ничего не даст, – сказал он. – Ответа не будет, поскольку в «Сьерре» уже знают, кто вы на самом деле. Поэтому я отстраняю вас от командования и обвиняю в измене ККОН.
– Отстраняете меня от командования? – Ньето засмеялся и наклонился вперед, опуская левую руку за кресло. – Как забавно.
Эйвери мгновенно выхватил оба пистолета. Нацелив один в спинку кресла Ньето, другой он протянул Кроутеру, но сенсорный оператор успел повернуться, вскинув M6E. Дуло пистолета дважды вспыхнуло, и полковник рухнул замертво с отверстием во лбу. Из его ключицы струйкой ударила кровь.
Эйвери открыл огонь из обоих пистолетов, вышибив оператора из сиденья и всадив две пули в кресло Ньето. Но тут до него дошло, что он шатается, а броня стучит о его грудь, принимая один выстрел за другим от штурмана и второго пилота. Проклятье, в него стреляет даже офицер связи, а ведь она должна готовить передачу!
Похоже, на летной палубе все – предатели.
Понимая, что долго броня не выдержит, Эйвери отступил через люк в кабине экипажа, не прекращая отстреливаться, и спустился по правому проходу, где увидел трех членов экипажа, спешащих навстречу. Они были вооружены пистолетами-пулеметами M7, однако, спеша принять участие в бою, даже не держали оружие наготове.
М-да, тяжело им придется без пехотной подготовки.
Эйвери рванулся вперед, опустошая обоймы. Существовал совсем мизерный шанс, что эти трое – штатная охрана, среагировавшая на приказ своего командира, но, увы, выяснить это в разгар схватки было невозможно.
Один из троих, падая, выпустил по стене очередь, но больше никаких выстрелов не раздалось.
Эйвери вернул пистолеты в подсумки, схватил два полностью заряженных пистолета-пулемета и побежал к корме. Нехорошо оставлять позади третий ствол, противник может использовать его позже, но ситуация стремительно ухудшается. Как бы ни хотелось верить, что экипаж «Призрачной песни» не в полном составе подался в изменники, случившееся с Кроутером не оставляло места колебаниям.
Эйвери срочно требовалось подкрепление.
Он посмотрел на головной дисплей и глазами выбрал канал связи первого взвода Альфы.
– «Красный орел»! – (Условный код приказывал первому взводу силой захватить разведчика.) – «Красный орел», живо!
Два люка с обеих сторон коридора в пяти метрах по курсу распахнулись одновременно. Один вел в двухпалубный инженерный отсек, находящийся в середине корабля, а другой – на мостик. Открыв огонь с обеих рук, Эйвери дал по каждому проему подавляющую очередь.
Секунду спустя, удостоверившись, что потенциальные нападающие уклоняются от рикошетов, вместо того чтобы следить за проходом, он прекратил стрелять и проскочил мимо, а после крутанулся назад и увидел, как из каждого проема высовывается по два ствола. Один был задран вверх, другой опущен, и это было умно. Но все четыре смотрели в коридор, в том направлении, откуда пришел Эйвери, и это уже было глупо.
Встав между люками, Эйвери выпустил по обойме M7 в каждый проем, начиная стрелять вниз, поскольку знал, что отдача вскинет оружие. Воздух наполнился красным туманом и дымом, и в коридор вывалились четыре трупа.
– Черт возьми, сержант! – зазвучал внутри шлема Эйвери голос капитана Хэмм, идущий по командному каналу роты Альфа. – Оставьте и нам парочку!
– Их тут еще полно. – Эйвери не спускал глаз с неподвижных членов экипажа, лежащих у его ног. Оставалась вероятность, хоть и слабая, что один или двое еще живы. – Кроутер погиб. Похоже, весь экипаж заодно с Ньето.
– Все «Призрачное звено», – подтвердила Хэмм. – И они этого ждали.
