Тихая буря полностью

– Потому что до него нипочем не добраться! – возразил Джонсон. – Даже отсюда видно, что труба заполнена льдом.

– Наполовину, – поправил Джон.

После успеха Синего отряда в уничтожении бункеров он был рад возможности доказать, сколь важными для успеха операции «Тихая буря» являются его Спартанцы. Если они достигнут вершины вовремя, чтобы обезвредить центр связи и ликвидировать колонну, даже полковнику Кроутеру придется признать, что в бою Спартанцы должны идти впереди, а не в тылу.

Джон повернулся к Кювье.

– Синий отряд готов, – сказал он. – Нам понадобится пара огнеметов и термитная паста для устранения препятствий.

– И C-семь, – добавил Фред. Пенная взрывчатка хорошо подходила для применения в вакууме. – Как можно больше.

С виду это был жестокий способ направить недостойных на Путь забвения – огненный дождь, поглощающий все, к чему прикасался, сжигающий кости, испаряющий камни и превращающий землю в стекло. И все же столь прекрасной была бомбардировка, столь величественно белые копья расцветали в сердцах кочевых поселений и столь совершенно расходились алые кольца по пятнам зеленых пастбищ, что Низат ‘Квароси не мог отвести глаз. Он стоял во главе флота Неуклонного Послушания, и эта ужасная красота была творением его рук.

Истребление презренных людей являлось его даром богам Ковенанта, тем подношением, которое он считал достойным, чтобы однажды присоединиться к древним Предтечам в их божественном запределье. Отвернуться от восхитительных плодов его орудий – все равно что отринуть само Великое Странствие, назваться изменником своего народа и своей веры.

А этого он никогда не допустит, невзирая на растущую внутри тьму. Для воина сангхейли важнее всего держать слово, и когда ему даровали титул командующего флотом Неуклонного Послушания, он дал обет исполнять волю пророков, как свою собственную.

Удар закончился, оставив после себя лишь белый сияющий круг размером с ладонь Низата. Сангхейли одобрительно кивнул и повернулся к хрупкой фигуре, плавающей в антигравитационном кресле рядом с ним. Со змеевидной шеей и щетинистыми кожаными складками, свисающими с подбородка, сан’шайуум в глазах многих сангхейли выглядел на редкость слабым; но Низат был осторожен и обращался к нему с почтением.

– Последняя деревня на этом меридиане, святейшество. Я прикажу перейти к следующему.

Сан’шайуум, младший министр изучения артефактов, махнул трехпалой рукой.

– Да-да, командующий, как хотите. – Младший министр, которого Низат часто про себя называл просто Обозревателем, наклонил кресло вперед, чтобы посмотреть в купол. – Как думаете, долго еще?

– Не слишком долго, – ответил Низат. – Э’гини малонаселен. На всем мире чуть больше ста тысяч поселений.

– Сто тысяч? – ахнул Обозреватель. – И сколько мы уже уничтожили?

Низат сверился с информационным планшетом, встроенным в запястье его корабельной брони:

– Это сорок семь тысяч девятьсот двенадцатое.

Голова сан’шайуум наклонилась вперед.

– Всего-навсего? С таким темпом мы задержимся здесь еще на полный цикл.

Низат постарался скрыть отвращение. Подобно большинству сан’шайуум, сопровождавших боевые флоты Ковенанта, младший министр был церемониальным должностным лицом, а не военачальником. К этому стоило добавить явную неподготовленность Обозревателя к участию в суровой операции по очистке планеты.

– Если младший министр утомился, ему можно смело возвращаться в свои покои. Оставаться здесь нет необходимости.

Обозреватель вскинул голову:

– Нет необходимости, командующий? Может быть, вы решили, что иерархи требуют от нас только уничтожать людей?

– Вовсе нет, святейшество, – сказал Низат. – Истребление должно освящаться, это мне известно. Но я не знал, что вам надлежит наблюдать за всей операцией лично.

– Что за вздор, – едко произнес Обозреватель. – Это было бы невозможно даже для сан’шайуум.

– Тогда… – Низат осекся. Он едва не сказал: «Боюсь, я не понимаю», но это было бы неправильно. Он не боялся, а лгать сан’шайуум не следовало, даже такому посредственному, как Обозреватель. – Прошу прощения. Я не понимаю.

– Это вопрос засвидетельствования. – Взгляд Обозревателя стал далеким, и сан’шайуум слегка выпрямил длинную шею. – Иерархи должны знать, что люди платят за свои прегрешения, а от меня требуется доложить, как они при этом страдают.

– А-а… Теперь понятно.

И это было правдой. В полученных Низатом инструкциях ничего не говорилось о том, что нужно причинять людям страдания. Он должен лишь убивать их как можно быстрее, изучать их миры, захватывать те, на которых обнаружены реликвии Предтеч, – и делать непригодными для жизни все прочие.