Я стоял со своими знакомыми около входа в школу и разговаривал о ближайшей вечеринке сегодня вечером. Не знаю, что за идиоты придумали сделать тусовку в понедельник, но я полностью их поддерживаю. Уж чего-чего, а развеяться мне точно не помешает. В последнее время голова что-то слишком забита.
Но тут прибегает Захарра. Растрепанная, раскрасневшаяся и молча тянущая меня по направлению входа в школу. Тянет настойчиво, изо всех сил. Взяв ее за плечи, я встряхнул и заставил посмотреть в глаза. Когда она немного пришла в себя, то задал интересующий меня вопрос:
— Что случилось?
— Василиса… — волнительно, со значением, произнесла Захарра.
Лишь одно слово заставило мое сердце забиться в два раза быстрее. Что могло случиться? Захарра и я поняли друг-друга без слов. Лишь кивнули, типа «пошли».
Каждый шаг гулко отдавался в голове. Волнение захлестнуло волной, не давая спокойно дышать. Дыхание сбилось, шаги ускорились.
Когда я увидел Василису, то понял, что Захарра немного преувеличила. Вот она стоит спиной ко мне, прислонившись к стене. Сестра показала мне взглядом, чтобы я подошел и поговорил с ней. Что ж попытка, как говорится, не пытка. Как только я приблизился к Огневой, то та не обратила на меня ни малейшего внимания (ведь глаза были закрыты). Но вид, который был у Василисы, мягко говоря, шокировал меня.
Она хоть и была тихоней, но всегда опрятно одевалась и заплетала какую-нибудь незамысловатую косичку. Сейчас же ее было не узнать. Помятая белая блузка, не очень чистые светло-розовые конверсы, рыжее гнездо на голове, будто бы ураган пронесся, слегка потрепанный рюкзачок сзади, белая, как у призрака, кожа и в завершении образа ужасные синяки под глазами. На такую Василису было жутко смотреть. Складывалось ощущение, словно она морально или физически (а возможно и то, и другое) истощена. И что-то мне подсказывает, что в чем-то я прав…
— Василис, — шепотом сказал я, несильно потрепав ее за плечо, дабы «разбудить». — Ты выглядишь… ну, не важно, короче. — Ух, да я просто мастер красиво толковать свою мысль! — Как ты? — с неподдельным волнением в голосе спросил я. И в ответ я получил:
— Вот только не надо из себя строить принца на белом коне, — ее голос был пронизан раздражительностью и явным отвращением. — Уж точно не тебе без лезть в мою жизнь. Даже если у меня и есть какие-либо проблемы, ты узнаешь об этих проблемах последним, — фыркнула Огнева.
— Ладно, я. Но как же твои друзья, которые за тебя волнуются? Захарра, Диана, Ник, Маар, а? — все также тихо спрашивал я. И как ни странно, Василиса мне не нагрубила, не съязвила, и даже не огрызнулась, а всего лишь шепотом произнесла:
— У меня нет друзей и не будет, Фэш, — и прежде, чем я успел что-либо сказать, побежала прочь по коридору, оставив меня смотреть ей вслед.
Комментарий к Часть 14
Что ж, привет. Хочу поблагодарить вас за 60 лайков на работе. Безмерно люблю вас.
Также, если не сложно, зайдите и оцените ещё две моих работы. Они небольшие, но я старалась вложить в них свои эмоции. Мне действительно будет приятно, если вы прочитаете и покритикуете мои работы.
Всех целую, обнимаю, Хайсти
Beta ✓
========== Часть 15 ==========
У меня нет друзей и не будет, Фэш.
Как же так? Ведь у нее, по сути, было целых четыре друга (не считая меня). Почему же она решила всех оттолкнуть и больше не подпускать к себе? Возможно, Василиса запуталась. Запуталась в себе, в людях. Она пытается выкарабкаться из всего этого, но еще больше запутывается. Ищет новые способы, тем самым все больше уходя в себя и пучину одиночества.
Запутался в себе, пытаюсь все развязать. Летаю среди планет на разорванных парусах.
Я вижу, как ей одиноко. Я вижу, как она ведет войну самой себя, против всех остальных. Я вижу, что она уже на грани. Я вижу, что она скоро сорвется. Честно, чувствую себя неким детективом.
Но тут возникает вопрос: какого, извините меня, хера, я так волнуюсь за Василису? Почему я скучаю по ней? Скучаю по ее резким словесным выпадам, легкой улыбке и веселым искрам в лазурных глазах. Почему? И я вам отвечу.
Я, мать твою, влюбился по уши, как мальчишка!
Я стал чаще замечать, что она меня избегает. Причем очень старательно. Сидит где-нибудь в далеком уголке с небольшим томиком Бродского или Маяковского. А как увидит меня, так сразу старается уйти подальше. Что ж. Долго бегать она не будет. Мое терпение не вечное, ой какое не вечное.
***
Пятница. Сегодня Василиса выглядела, словно зомби. Бледная, исхудавшая, с мешками под глазами и заметно поредевшими волосами. Сегодня я решил повнимательнее понаблюдать за ней. Что-то мне подсказывает, что состояние ее здоровья далеко не идеальное.
На пятом уроке я не выдержал и направился прямиком к ней. Василиса стояла стенда с расписанием, прислонившись спиной к стене и запрокинув голову вверх. Немного потрепав ее за плечо, я «разбудил» Огневу.
