Карпатский просто надеялся, что она в порядке. И что привезенная им шкатулка хоть как-то поможет.
Когда коготь воткнулся ему в грудь, он даже не смог закричать от боли.
Самым сложным для Дианы оказалось рассечь кожу на груди Влада. Она боялась давить на нож слишком сильно, но вместе с тем понимала, что нужна кровь. В результате все получилось, хотя и не так выразительно, как у ведьмы в ее сне: и разрез короче, и крови не так много, но она надеялась, что этого хватит. Рука и так дрожала, когда Диана пыталась положить сверху камень, сначала даже промахнулась, пришлось его поправить.
Зато сложный текст она читала без запинки. Хотя от волнения не понимала и уж тем более не запоминала слова. Произнеся заклинание до конца, забрала с груди Влада камень, переложила его в шкатулку и, опуская крышку, добавила, как было указано в «инструкции»:
– Пожиратель, прими подношение и насыть себя, как положено по нашему договору.
Едва шкатулка закрылась, в кухне вспыхнул свет, пикнула микроволновка и загудел холодильник.
– Это значит, что у тебя получилось? – предположил Влад.
– Или так, или просто подачу электричества возобновили.
Она проворно прижгла порез перекисью водорода и накрыла сложенным в несколько раз стерильным бинтом, который зафиксировала сверху лейкопластырем.
– Спасибо, – поблагодарил Влад, одновременно слезая с импровизированного ложа и надевая рубашку. – Останься здесь, а я посмотрю, что там как.
Конечно, Диана не послушалась и пошла вместе с ним. Ее очень тревожила судьба Карпатского. Она почему-то почти не сомневалась, что стрелял именно он, хотя у этой уверенности не было никакого объективного основания.
До двери в конце коридора они добрались почти бегом, а вот выйдя в главный холл, стали вести себя осмотрительнее. Убедившись, что никто не прячется под стойкой администратора, Влад направился в комнату охраны со словами:
– Камеры тоже должны были включиться.
Диана же в первую очередь заглянула в противоположный коридор и сразу увидела Карпатского, неподвижно лежащего на полу.
– Сюда! – крикнула она Владу и уже на бегу добавила: – Помоги! Он ранен!
К тому моменту она уже увидела кровь, заливавшую грудь полицейского, разодранную футболку и светлое ковровое покрытие. В ушах зашумело, поперек горла встал ком и губы задрожали, но вместе с тем в голове пронеслась мысль о том, что Карпатский не выглядит как те трупы на фотографиях: грудная клетка не вскрыта.
– Вячеслав Витальевич! – позвала она, падая на колени рядом с ним и осторожно касаясь плеча. Трогать рваную рану на груди побоялась.
Не сразу, но его веки дрогнули, он пошевелил головой и даже, кажется, попытался что-то ответить, но получился только невнятный стон.
– Подними ему голову, – скомандовал, приближаясь, Влад. – И прижми это к ране.
Он сам накрыл кровоточащий разрез белоснежным полотенцем и положил руку Дианы сверху, слегка надавив на нее. Одновременно держать Карпатскому голову и прижимать полотенце к ране она могла с трудом, поэтому следом Влад предложил перетащить Карпатского к стене и приподнять, чтобы тот мог сидеть, опираясь на нее спиной.
Диане совершенно не хотелось этого делать, она боялась причинить боль, но Влад выглядел, говорил и действовал так уверенно, что у нее не осталось выбора.
Карпатского их манипуляции привели в чувство: он открыл глаза, посмотрел на них и даже слабо улыбнулся.
– Цела… – выдохнул он.
– Я сейчас вызову «скорую», – пообещал Влад, доставая смартфон.
Диана кивнула, надеясь, что связь возобновилась, еще когда кто-то звонил Юле. Да и ситуация за окном явно улучшилась за это время. Дождь еще шел, но теперь, скорее, мелко моросил, ветер стих.
– Там… дерево, – напомнил Карпатский. Говорил он прерывисто, словно каждое слово давалось ему с трудом. – Никто… не приедет…
– Приедут, – уверенно заявил Влад, прижимая динамик к уху. – Все, кто нужен, приедут, обещаю. Держись, майор.
Он ненадолго сжал плечо Карпатского свободной рукой и, выпрямившись, отошел в сторону, чтобы с кем-то переговорить. Напоследок успел напомнить Диане, чтобы та зажимала рану так сильно, как может.
– И говори с ним. Не давай ему отключиться.
Диана снова кивнула, хотя не чувствовала уверенности в том, что сможет все сделать правильно. Она даже в собственном голосе сомневалась, но, откашлявшись, все же заговорила:
– Все будет хорошо, Вячеслав Витальевич. Если он обещает, он сделает, я уверена. Помощь будет.
Карпатский посмотрел на нее из-под полуопущенных век и снова слабо улыбнулся.
– Можно просто Слава.
Она удивленно приподняла брови и тоже заставила себя улыбнуться, хотя ей по-прежнему хотелось разреветься, и подрагивающий подбородок наверняка выдавал это.
– Неужели? Вы меня удивляете…
– И на «ты», – добавил Карпатский тихо.
– Вот как? Если так дальше пойдет, я, чем черт не шутит, еще и приглашение на свидание услышу…
Тут уж, кажется, удивился он. Во всяком случае, на почти неподвижном, чересчур бледном лице отразилось что-то такое.
– А ты… пойдешь? После всего… что я сказал…
Свободной рукой Диана коснулась его щеки и наклонилась к нему чуть ближе, глядя в глаза.
