– Мы не совсем уверены, – продолжала доктор Хеллер. – Во всяком случае, пока. Но я собираюсь послать твои снимки лучшим экспертам страны. Возможно, они сумеют предложить какое-нибудь объяснение. Меня больше всего волнует тот факт, что такой тип активности чаще всего наблюдается у людей с серьезными заболеваниями, например после инсульта. Но мы знаем все о твоем здоровье, и я уверена, что никакого удара у тебя не было. Это должно быть что-то иное. И объяснение поэтому следует искать другое.
Я кивнула, хотя она меня не видела.
– Доктор Хеллер, много лет назад вы рассказывали мне о различных участках мозга. Кажется, мне было лет двенадцать. Вы показали мне диаграммы, и я подумала, что они выглядят как-то… невразумительно, что ли. Помните?
– Да, – сказала она, – помню.
– Так за что отвечает височная доля?
Доктор Хеллер ответила не сразу.
– Это часть лимбической системы. Она управляет нашими эмоциями. Именно на этом участке мозга исследователи смогли измерить…
– Любовь?
– Видишь ли, Джейн, никто не может научными методами измерить любовь. Но ты права, они измерили чувства, эмоции, привязанность.
– Любовь, – повторила я.
Я приехала на вечеринку Флинна в восемь. Я чувствовала себя неловко в платье и туфлях Ло. Переступая порог, я нервно одернула подол. Две с половиной секунды я раздумывала, не повернуть ли мне назад, не вернуться ли в мою квартиру и не переодеться ли в привычный костюм – черные легинсы и свитер – но Флинн мгновенно меня увидел и жестом пригласил подойти к бару на кухне. Деваться было некуда.
– Джейн! – крикнул он. – Ты все-таки сделала это!
Я улыбнулась, подошла к бару и поцеловала брата в щеку.
Он протянул мне бокал шампанского.
– Вы только посмотрите на нее, – воскликнул он. – Ты выглядишь
– Я рада, что ты оценил, – сказала я. – Честно говоря, я чувствую себя идиоткой в этом платье. Ло заставила меня надеть его.
– Как она поживает? – поинтересовался Флинн.
– Хорошо. Ведет прежний образ жизни. Сегодня у нее свидание с женатым мужчиной, хотя он утверждает, что они с женой расстались.
Флинн поднял бровь.
– Вот как?
– А кто твоя дама на сегодняшний вечер? – шутливо поинтересовалась я.
Флинн замешкался с ответом и посмотрел в окно своего лофта, за которым сверкали городские огни, а потом мотнул головой в сторону группы молодых женщин, стоявших в центре комнаты.
– Что ж, удачи тебе, – улыбаясь, пожелала я.
– Эй, тут есть кое-кто, с кем я хотел бы тебя познакомить, – сказал Флинн.
– Не надо, прошу тебя, – взмолилась я. – Больше никаких музыкантов и никаких художников.
Брат покачал головой.
– На самом деле он журналист, только что переехал сюда из Нью-Йорка.
– Журналист, значит? – Я отпила еще глоток шампанского и зевнула. Сэм разбудил меня в пять утра, потому что ему приспичило погулять, и после этого я уже не смогла уснуть.
Флинн взял меня за руку и повел через комнату к двери, которая выходила на балкон. Собравшиеся там люди курили, болтали, смеялись.
– Кэм, – позвал Флинн мужчину, стоявшего в дальнем углу спиной к нам. Я видела только серый твидовый пиджак и темные волосы.
Мужчина повернулся, я шагнула вперед, но тут поняла, что каблук моей туфли застрял в металлических прутьях решетки балкона.
– Кажется, я застряла, – пробурчала я.
– Позвольте мне вам помочь, – со смехом предложил друг моего брата.
Я вцепилась в руку Флинна, чтобы не потерять равновесие. Мои щеки пылали. Я вытащила ногу из правой лодочки, заметила, что розовый лак на ногтях облупился, а друг Флинна опустился на колено и высвободил каблук из решетки. Я сняла вторую туфлю, чтобы и ее не постигла такая же участь.
Флинн усмехнулся.
– Эту проблему мы решили. А теперь, Кэмерон, разреши мне познакомить тебя с моей сестрой Джейн. Джейн, это Кэмерон Коллинз.
Мужчина протянул руку.
– Приятно познакомиться, Джейн. Пожалуйста, называй меня Кэм.
Он был примерно моего возраста и отлично вписывался в обстановку на вечеринке Флинна: клетчатая рубашка, облегающие брюки, пиджак и легкая щетина на щеках и подбородке. Но все-таки он чем-то отличался от остальных гостей. Был ли он красивее или умнее, я не знала наверняка. Более того, я не могла понять, нравится мне это или нет.
– Кэм только что переехал в Сиэтл из Нью-Йорка. Он корреспондент «Тайм». Пишет о медицине.
– Вот как! И какие же темы ты освещаешь? – спросила я.
– По большей части, я пишу о нейрофизиологии, – сказал Кэм. – Сиэтл – это рай для тех, кто пишет о медицине. Ведь у вас здесь университет Вашингтона и биотехнологический центр на озере Юнион.
Флинн посмотрел на меня, потом на Кэма.
– Моя сестра всю жизнь посещает невролога. У вас есть кое-что общее.
Кэм удивленно поднял брови, я бросила на Флинна полный досады взгляд, потом снова повернулась к Кэму.
– Это не настолько интересно, – сказала я.
– Уверен, что мне это будет интересно, – ответил он.
К Флинну подошла женщина, немного похожая на Ким Кардашьян, и они вернулись в квартиру.
– Значит, ты его младшая сестра? – улыбаясь, спросил Кэм.
Я кивнула.
– Где вы с Флинном познакомились?
