Флинн рухнул на колени. Неужели она не могла подождать? Всего несколько часов! Он бы пришел к ней. Флинн уткнулся лицом в ладони. К его колену прислонилось что-то мягкое.
Рядом с ним урчал пушистый белый кот.
– Сезанн. – Флинн взял его на руки, вытер слезу и сказал: – Что ж, пойдем домой.
В своей квартире он опустил кота на пол, и тот сразу прыгнул на диван и устроился у подушки. Казалось, он уже тысячу раз проделывал это раньше и проделает столько же раз в будущем.
Низкие облака продолжали висеть в воздухе, но туман уже начал рассеиваться. Флинн подошел к окну. С каждой минутой он все яснее мог видеть окна опустевшей квартиры Селесты. Флинн гадал, не была ли она иллюзией. Неужели эта женщина всего лишь плод его воображения?
Он закрыл глаза и снова увидел Селесту. Ее красивое обнаженное тело, когда она шла через гостиную, печальное лицо, когда она оборачивалась и смотрела на него из своей кухни.
Кот Сезанн спрыгнул с дивана и потерся о ногу Флинна. Он открыл глаза и положил ладони на стекло.
Селеста была самой лучшей иллюзией.
Я задумалась о том, как себя чувствует Флинн. Накануне он явно был на грани. Я хотела ему позвонить, но решила закончить записи в книге. Времени у меня оставалось немного. Я перешла на следующую строчку и написала «Сторге». Описывая этот тип любви, Колетт едва заметно улыбалась. Любовь, родившаяся из дружбы. Я тоже улыбнулась, когда написала имена Мела и Вивиан и начала излагать их историю.
Днем в Рождество Мел заснул. Его разбудил звук пожарной сигнализации. Он вскочил на ноги и побежал в кухню, где из духовки валил дым. То, что должно было стать запеченным мясом к рождественскому обеду, превратилось в угли. Мел включил вытяжку и распахнул окна. Он тут же пожалел о том, что решил сам что-то приготовить, вполне мог бы обойтись сэндвичами. Да, Адель обязательно приготовила бы праздничный обед. И все у нее получилось бы идеально. У Адель всегда все было идеально.
Мел отправил противень со сгоревшим мясом под холодную воду в мойку, а потом вернулся на диван и уставился на свои ступни. В его голове крутилась та же самая мысль, что и каждое Рождество: «Как я переживу этот день?»
Прошло полчаса, он открыл пиво и включил телевизор. Где-то в шкафчике наверняка найдется баночка чили. Он найдет ее попозже, посмотрев эпизод из «Сайнфелда», сериала о городском невротике.
Когда в дверь постучали, Мел услышал не сразу. Потом он приглушил звук телевизора, заставив Ньюмана[8] замолчать. Наверное, домовладелец хочет пожаловаться на дым. Мел вздохнул и открыл дверь. На пороге стояла Вивиан.
– О! – удивился Мел. – Какой сюрприз.
– Спасибо за цветы, – сказала она. Ее глаза смотрели мягко, ничего подобного он раньше не замечал.
– Откуда вы узнали, что они от меня?
Протискиваясь мимо него в квартиру, Вивиан помахала рукой перед носом и произнесла:
– Я догадывалась, что на кухне от вас сегодня никакого толку. Что вы сожгли? Утку?
– Судя по всему, вы почуяли запах моей катастрофы через весь рынок?
– Да, – ответила Вивиан, ставя бумажный пакет на стол в столовой Мела, заваленный стопками книг, газетами и коробками со всякой всячиной. – Поэтому я решила разделить с вами мой рождественский обед. Ничего особенного, всего лишь немного паштета и салат из сырых овощей. Но мы сможем разнообразить нашу трапезу, если вы добавите свои припасы.
Мел улыбнулся.
– Могу предложить только консервированный соус чили, – сказал он, разглядывая пластмассовые контейнеры с едой, которые Вивиан выставляла на стол.
Он нервно провел рукой по редким волосам. Ему стоило надеть утром свежую рубашку и прибраться в гостиной. В мойке на кухне скопилась посуда, которую он не мыл уже три дня.
– Боюсь, моя квартира в некотором беспорядке.
– В вашем доме нет ни женщины, ни домработницы, – с понимающей улыбкой ответила Вивиан. – Это простительное прегрешение.
Мел смотрел, как она уверенно ходит по его квартире, бросив пальто в мягкое кресло у камина.
– Ну а теперь, – объявила Вивиан, засучивая рукава, – нам нужны две тарелки и два бокала для вина.
Он завозился, расстегивая ремешок часов на запястье.
– Все тарелки в раковине, и, боюсь, у меня нет бокалов для вина. И вина тоже нет. В холодильнике только пиво.
– Ну и отлично, – без колебаний отреагировала Вивиан. – Вы пока посидите, а я вымою для нас несколько тарелок.
Через несколько минут стараниями Вивиан на кофейном столике уже был накрыт праздничный стол: сыр, паштет, крекеры и нарезанные овощи. Две холодные банки с пивом завершали картину. Вивиан открыла одну из них и улыбнулась.
– Вам следовало бы пить шампанское из хрустального бокала, – сказал Мел.
– Этим я занималась всю мою жизнь. – Вивиан посмотрела ему прямо в глаза. – Хотите верьте, хотите нет, но это довольно скучно.
Он подумал об Адель. Интересно, видит ли она его в эту минуту? Одобряет ли? Но в глубине души он уже знал ответ. Его сердце переполняла радость, глаза защипало от слез.
– Почему ты пришла, Вивиан? – Мел отбросил церемонное «вы».
