Храм был на своей территории, огражденной четырехметровой каменной стеной, вплотную примыкающей к внешней стене. У открытых ворот стояли караульные, которые лишь лениво мазнули по мне взглядом, никак не помешав пройти внутрь.
На территории храма были и хозяйственные постройки вроде склада и конюшни, а ещё тут было удивительно много горожан. Выглядели все по-разному. У самого входа в храме сидело с десяток нищих, завернутых в какую-то рванину и заунывно стонущих, вымаливая пожертвование у проходящих мимо. Кто-то кидал им мелкую монету, кто-то делился едой, а кто-то и вовсе ругался на них.
Однако руки никто не распускал, что и понятно. На территории храма минимум три группы стражи в броне и при оружии, так что устраивать бедлам никто не рискнет. Ну а кроме того тут в самом воздухе витал умиротворяющий запах масла и свежего хлеба, так что даже я слегка расслабился.
Достав из кошеля большую медную монету, я отдал ей ближайшему нищему. На каждого бы у меня монет не хватило, да и, реши я отдать каждому попрошайке по монете, в следующий раз они бы целенаправленно выпрашивали у меня ещё. Так что ограничимся этим.
В храм я вошел без приключений, правда, пришлось купить кусочек ароматного хлеба у входа, чтобы пустили. Хлеб я сразу же съел и вошел в большой зал.
Здесь было гораздо богаче, чем в любой деревенской часовне. Потолок украшала простенькая роспись с изображением солнца и множества человечков около него, у стен горели свечи на маленьких постаментах перед фресками с изображением каких-то людей, а в дальнем углу у знакомого мне алтаря расхаживал поп в красной рясе и со здоровенным амулетом на груди. Он что-то распевал, а толпа прихожан, развесив уши, внимала ему.
Однако он был не единственным служителем. Протиснувшись мимо людей, я вышел к проходу в соседнюю комнату, не такую большую, но все равно просторную. Здесь людей было заметно меньше, но все они были одеты очень даже хорошо, даже в меха, и они сидели на лавках, видимо, в ожидании своей очереди.
В дальнем конце комнаты была маленькая дверца, куда, видимо, все эти люди и стремились. Усевшись на свободное место и проигнорировав косые взгляды, мазнувшие по моей весьма простой и немного потрепанной одежде, я стал ждать, размышляя, что же тут такое. Хотя размышлять пришлось недолго, поскольку вскоре ко мне подсел мужчина лет сорока, одетый в одну лишь сорочку со штанами, даже без обуви. Никто на него даже не посмотрел, так что гадать, кто это, не приходилось.
— Давно ко мне никто не заглядывал с благословением сразу двух божеств, — произнес он удивительным басом.
— Для меня тоже впервые заглядывать в гости к городскому божеству, — едва шевеля губами, ответил я. Благодаря общению с подобными сущностями я уже стал привыкать общаться без слов, хотя, когда я старался вообще не двигать языком при общении, у меня жутко разбаливалась голова.
— И с чем же ко мне пожаловал столь необычный гость? — Поинтересовался мужчина, потягиваясь. Тогда я обратил внимание, что он был весьма крупного сложения, а его мышцы заметно превосходили мои, хотя я последние полгода только физическим трудом и занимался.
— Первый раз посетил этот город, вот и решил сначала заглянуть в храм, — ответил я, — и не с пустыми руками. Правда, боюсь доставать свой маленький подарок прилюдно.
— Так ты говоришь про камень у тебя за пазухой? — Я кивнул, и божество хмыкнуло: — Хороший подарок, хотя я не могу его принять, поскольку кроме благословения мне тебе отплатить нечем, а у тебя уже и так два.
— Подарки дарят не для того, чтобы получить что-то взамен, — сказал я, — кроме того, я не останусь в убытке, даже если принесу десять таких.
— Вижу, поэтому от тебя идет такой сильный запах той стороны, — поднял бровь божество, — опасное это занятие, охотиться на монстров того берега. Ты ещё молодой, не рискуй понапрасну, тем более я не вижу в тебе никакой особой силы.
— Так судьба сложилась, что на том берегу я оказался раньше, чем на этом, — рядом сидевшая тетка покосилась на меня, но ничего не сказала, — и, честно говоря, мне бы хотелось обосноваться здесь хотя бы на время. За полгода на том берегу мне никакой большой опасности не грозило, по большому счету, но жить в самодельной землянке не очень приятно.
— Ты так долго жил там? Удивительно, — зная, что божество легко улавливает даже намек на ложь или недосказанность, особенно городское, я порадовался, что не придется долго его убеждать, — так ты решил узнать, можно ли в храме продать добычу с монстров?
— Не без этого, — согласился я, — мне известно, что люди с особой силой могут использовать черные ядра для исцеления других, да и простые им важны. А у меня этого добра навалом.
— В таком случае ты пришел в верное место, — хлопнул меня по плечу мужчина, отчего меня даже слегка перекосило. Силен, — за этой дверью монах Андре, занимающийся исцелением и благословением прихожан. Он с большой радостью примет у тебя ядра монстров в обмен на плату.
