Однако в целях укрепления связей мы заключили другую, не менее важную сделку. Андре согласился освятить мою новую броню и оружие в обмен на камни, что, естественно, было в обход церкви. Лично мне и без того плевать на эту структуру, поскольку я сотрудничаю напрямую с божествами, но лишний раз ссориться не хотелось бы, поэтому мы постарались сделать все тайно.
Так в один из вечеров к моему дому подъехала наемная кибитка, из которой вышел мужчина в темном плаще и быстро зашел в открытую дверь. Уже внутри он, не задерживаясь, направился к лестнице в подвал, где я ждал его.
Встреча вне церкви была чревата серьезным недопониманием, поэтому я заранее все обсудил с Андре и сейчас лишних слов никто не произносил. Мы спустились в подвал, где на широком столе лежали мои обновки, в том числе: кольчуга, поножи, наплечники, латные перчатки, налокотники и т. д. На все пришлось потратить почти десять фунтов, что сделало меня ценным клиентом в лавке оружейника и бронника.
Из оружия я заказал себе сорокасантиметровый кинжал с прямой гардой и полутораметровый прямой меч под две руки. Им можно было орудовать и одной рукой, но с двумя удар получался гораздо сильнее. К слову, я ожидал, что меч будет тяжелым, однако полтора-два кило стали — это вообще не вес.
Зачем мне нужно было некое освящение? А все просто — это реально действенная штука, а не нечто эфемерное, религиозное. В этом мире, где существует всякая нечисть, люди действительно обладали особой силой и могли эту силу запечатывать в предметах, но это очень дорого. На мой меч нужно было потратить два простых и один черный камень. А на весь комплект вооружения ядер на сумму под сотню фунтов. Чудовищные деньги.
Андре, как человек, владеющий особой силой и использующий ядра для своих личных нужд и тренировок, очень ценил бартер со мной. И мне не было жалко отдать ему десяток другой ядер за такую трудную работу.
Поскольку освящение предполагает нанесение на металл сложных знаков, и прочую ритуалистику, я оставил монаха одного. Естественно, заранее подготовив ему еды и воды с запасом.
На следующий день ближе к полудню монах выбрался, наконец, из подвала. Он выглядел истощенным и изрядно похудевшим, однако огонь в глазах горел как у подростка, хотя монаху не меньше тридцати. Он от всей души поблагодарил меня, пожав руку, и я ощутил, что его хватка стала заметно крепче.
Потом мы пошли осматривать результат работы. В первую очередь я осмотрел меч и щит. На первый взгляд ничего не изменилось, однако если присмотреться, то можно было увидеть тонкие линии, складывающиеся в ровные и изящные узоры, от которых ощущалось легкое тепло. И хотя в руке вещи держались так же, как и раньше, это было совершенно иное оружие. Оно теперь могло нанести существенный вред нечисти.
Правда, со временем сила знаков ослабнет и придется снова нести их к монаху на подзарядку, однако если использовать против различных монстров, они сами смогут впитать недостающую силу.
Броня также обрела дополнительную защиту и теперь я мог без малейших трудностей вступить в бой с монстрами. Почему же другие обеспеченные люди не вкладываются в подобную броню, чтобы отбить её стоимость парой экспедиций на другой берег? Во-первых, не каждый человек может без последствий долго контактировать с духовной силой, и особенно драться с монстрами. Во-вторых, это хоть и отличная защита, но не панацея. Малейшей пробоины будет достаточно, чтобы монстр прикончил рыцаря. Мне же это не грозит.
Но тут ещё одна проблема возникла. Я один в жизни не надену на себя весь комплект, а потому мне нужен оруженосец. А поскольку воевать я не собираюсь, то и нанимать лишнего человека тоже интереса не вижу. По крайней мере, не сейчас. Мне хватит и минимальной защиты, без кирасы и шлема. А остальное можно и самому напялить.
Отпустив Андре отдыхать, я стал собираться в деревню Феоса. Возникла мысль озаботиться своим собственным транспортом, чтобы каждый раз не нанимать левые телеги, но эта идея отправилась туда же, куда и мысль про оруженосца.
Навестив Феоса и традиционно оставив ему один камешек, я пошел разговаривать со старостой, благо, старое божество без проблем согласилось послужить переводчиком. Старосте я оставил хорошую сумму денег, взяв с него обещание как можно скорее сделать мне хорошую лодку. Поскольку на тот берег я не торопился, из-за ледохода на реке и распутицы на дорогах, то и покупать готовую смысла не было. Лучше уж сразу хорошую лодку заказать.
После этого я ненадолго задержался у Феоса, рассказав ему о своих успехах и спросив совета по поводу духа-компаньона, чтобы не мучиться с переводом. Однако и он не мог мне с этим помочь, поскольку переводить мог лишь дух, при жизни бывший человеком или же постоянно общающийся с людьми, а также не привязанный к конкретному месту. А таких почти не найти.
