– В общем, да. Я вот тебе что скажу. Скорее всего, она на море купаться пошла. Да утонула. Ну, не бывает так, чтобы никто ничего не видел. Словно она из дому не выходила: испарилась – и все. У меня друг в прокуратуре работает. Он говорил, что это дело на контроле у какой-то шишки; они все прошерстили. Буквально – все. Ни слуху ни духу.
Женя снова надавил на звонок. Чуть-чуть подождав, возмутился:
– Черт! Да где эта бабка!
В ту же секунду за дверью послышался шорох, затем звон ключей, и дверь распахнулась. На пороге стояла старушка лет восьмидесяти. Выглядела она все же не по годам моложе, – не как бабушки, которых мы встречаем каждый день с их понурым и уставшим взором, за которым каждая из них пыжится спрятать свое состояние безнадежности, разочарования и глубокого душевного несчастья, в которое их загнала обстановка в стране. У нее были окрашенные в каштановый цвет завитые волосы. Халат в цветочек, а на ногах смешные розовые тапки в виде собачек. Глаза ее блестели так, как не блестят даже у сильных молодых людей. Ее взгляд был добр и хитер одновременно.
– Здравствуйте. Уж извините, что вас побеспокоила. Я и в аварийную звонила, и в ЖЭК. Да разве ж им теперь до нас дело есть? Район-то расселяют.
– Ничего страшного. Что случилось? – не выдавая своего возмущения, заговорил сержант.
– Вон, на кухне, сами гляньте. – Старушка отступила, приглашая парней в квартиру.
Квартира была однокомнатной, не богато обставленной, но и не бедно. По всему было видно, что хозяйка ни в чем не нуждалась. Свежие симпатичные и явно недешевые обои, натяжной потолок. На полу был уложен добротный ламинат.
По правой стороне от двери располагался небольшой шкаф. А вот комната слева, где обычно располагается кладовая, была почему-то прикрыта тяжелой металлической дверью. Но даже не это так сильно удивило Тимофея, как трехкилограммовая гиря, водруженная на шкаф. Очевидно, что старушка живет в квартире одна и ни мужа, ни сына у нее не было.
– Хмм.. Она еще и спортом занимается? – почесав указательным пальцем висок с удивлением подумал про себя полицейский. – Удалая старушенция…
Полицейские направились на кухню. Проходя мимо ванной комнаты, дверь в которую была открыта, Тимофей обратил внимание, что самой ванны там нет. Только унитаз, лейка от душа за шторкой и решетка над канализацией. Даже раковина отсутствовала.
В кухне тоже был свежий ремонт, ровно уложенная на пол плитка. Новый кухонный гарнитур, купленный не на рынке или с рук, а в крупном мебельном супермаркете. Плита, холодильник, микроволновая печь, – все приборы были дорогостоящими. Видимо, экономить хозяйка не старалась.
Бабушка указала им на потолок возле окна. Женя сделал несколько шагов вперед, всмотрелся. Над окном на обоях действительно были свежие подтеки странного цвета и консистенции. Он подошел еще ближе и прикоснулся к ним рукой. Потерев указательный палец о большой, он сообщил:
– На воду не похоже. Какая-то красная жижа…
– Да, вот, и я не знаю, что это, – добавила старушка.
– Ладно, – потерев ладонь о ладонь, сказал Евгений, – нужно идти к соседям. Вы к ним поднимались?
– Да, стучала-стучала, но никто не открыл.
Внимание Тимофея тем временем приковали пирожки, которые были сложены на тарелке ровной пирамидкой. От них исходил приятный, добрый аромат, заполнявший все пространство, и подогревали у лейтенанта чувство голода, которое он испытывал на протяжении всего дня.
Серафима Андреевна перехватила его взгляд и тут же предложила:
– Сынок, угощайся!
– Нет, спасибо, вы что! – пытаясь скрыть стеснение, запротестовал лейтенант.
– Бери-бери! Домашние. Только пожарила! – Гостеприимная старушка подвинула тарелку ближе к краю стола.
Чувство голода побороло стеснение, и Тимофей взял один пирожок. Тотчас откусив от него небольшой кусочек, он закатил глаза. Это было, наверное, самое вкусное, что он когда-либо пробовал в своей жизни. Невероятно мягкое, еще теплое тесто с в меру хрустящей корочкой, таяло во рту. А мясная начинка – это было нечто невообразимое! Вкус мяса очень напоминал говядину, но это было не обычное мясо, а либо замаринованное, либо приготовленное по какому-то очень секретному рецепту с царского стола. Неповторимый вкус. Особенный, напоминающий нежное мясо теленка, выращенного в райских условиях. Оно было настолько мягким и необычным, что лейтенант не заметил, как буквально за полминуты проглотил весь пирог.
– Спасибо, очень вкусно! – поблагодарил он за угощение.
– На здоровьице! – милой улыбкой ответила ему Серафима Андреевна.
– И ты, милок, угощайся, – обратилась старушка к Жене, который в это время задумчиво осматривал потолок и при этом многозначительно, недоуменно почесывал затылок. Он не сразу отреагировал на предложение старушки и ответил после выдержанной паузы:
– Нет, спасибо, я не голоден.
Тихомирск, 19хх год
