К дому девушки приезжаю через час. Сижу какое-то время в автомобиле, собираюсь с мыслями и поднимаюсь к ней в квартиру.
— Ты вчера так и не приехал, хотя обещал, — говорит Юля, когда я разуваюсь и прохожу внутрь.
Удивленно смотрю на нее и жду, что скажет. Должна ведь, если знает, что Артем в курсе. Но Юля молчит. Стеснительно улыбается и застенчиво просит присаживаться. В какой-то момент понимаю, что меня все это раздражает. Она изменилась. Стала слишком хорошей и доброй, нежной и романтичной, такой, что будь я мужиком без закидонов и любви за плечами, тут бы втрескался и замуж предложил.
— Ты долго собираешься водить меня за нос? — я не выдерживаю, но продолжаю держать себя в руках. От кого бы ни был ее ребенок, но он существует, а я не могу себе позволить стать мудаком окончательно.
— Ты о чем? — непонимающе смотрит прямо в глаза.
Врет, сука, и не краснеет. Вот таких баб я терпеть не могу. Лживых, расчетливых и думающих, что им все сойдет с рук, чтобы они не совершили.
— Ты серьезно? Юля, не выводи меня, я говорил с Артемом.
— Ты, правда, ему поверил? — она недоверчиво смотрит на меня, но я лишь усмехаюсь.
— Я своему брату верю, как себе, — жестко отвечаю, ни на секунду не проникаясь ее словами.
— Доверяешь, значит, — она чуть усмехается и обхватывает себя руками. — Он подошел ко мне вчера и сказал…
— Я не буду слушать, — говорю решительно и встаю. — Тебе лучше с отцом ребенка поговорить, может, мужик счастлив будет. Меня за дурака держать не нужно, я не стану воспитывать чужого ребенка. Да и с тобой не сойдусь, если ты вдруг его потеряешь, — я снова усмехаюсь, все еще не веря в то, что она собиралась сделать аборт, лишь бы я ничего не узнал.
— Егор, я ведь люблю тебя, — она плачет. Стирает слезы с лица, но продолжает плакать.
Мне жалко ее, но и остаться не могу, боюсь сорваться и наговорить лишнего.
— Не могу, Юля. Позвони отцу ребенка, раз он согласился на это, значит ты для него не просто женщина с улицы.
Я слышу ее отчаянный всхлип, но не обращаю на него внимание и выхожу. Мне жаль ее, но держать меня за дурака тоже не нужно. Она обязательно справиться. У нее богатый папа, хорошая работа, мужчина, от которого она беременна. Я не знаю его, но уверен, что он не откажется хотя бы от воспитания, а если нет… что ж, Юля девочка видная, найдет себе кого-то.
После разговора с Юлей собираюсь поехать к матери и обо всем с ней поговорить. К компании подъезжаю через час, выхожу из машины, здороваюсь с сотрудниками и направляюсь в ее кабинет.
— Егор, где ты ходишь? У Юли был? — мама бросает свои дела, откладывает документы и выжидающе смотрит на меня.
— Был. И приехал поделиться с тобой приятной новостью, чтобы ты была в курсе всех событий.
— И каких? — она улыбается, скорее ожидает, что я сейчас сообщу о предстоящей свадьбе. Что хоть один Мерин окажется не бракованным. Я даже усмехаюсь этой формулировке брата.
— Нас с Юлей больше нет, — спокойно говорю я. — Собственно, нас и не было.
Не могу не отметить, с каким наслаждением наблюдаю за изменениями ее лица. Мне, черт возьми, нравится, как оно багровеет от ярости. Нравится, потому что я чертовски заебался соответствовать. Артем уже давно не пытается, а я все стараюсь, что-то делаю. Устал. Надоело. Хватит.
— Ты совсем охренел? Да что вы вообще за сыновья? — мать впервые за последние года так себя ведет. Не сдерживается и выдает все, что думает. — У одного ветер в голове, хоть сейчас образумился. Но ты! Ты куда? Она же беременная, Егор. Тебе совсем на это наплевать? Да я даже слышать не хочу о разрыве. Я как в лицо ее отцу смотреть буду.
И вот снова. Она не о нас думает, а о себе. О том, как теперь отказаться от договоренности, как быть, если он, вдруг, ради любимой дочки, откажется от сотрудничества.
— Уверенно и спокойно, мама, — легко говорю я, наблюдая за тем, как она еще больше краснеет от злости, а затем делает глубокий вдох, но я опережаю ее гневную тираду. — Она носит не моего ребенка, поэтому все проблемы с нашим партнером решены. Это первое. Второе: я ее не люблю. Ну и последнее: мне надоело слушать о хороших девочках, которые по факту оказываются вот такими. Я не буду воспитывать чужого ребенка только потому, что ты видишь в Юле будущую невестку. Я жениться не планирую. А если когда-то и решу это сделать, то только на той, кого буду любить. Тебе остается только принять это и не лезть.
— Я не могу не лезть. Я хочу, чтобы ты был счастлив. — сквозь зубы говорит мама, и я действительно понимаю, насколько сложно ей сейчас дается держать себя в руках.
Мало того, что Артем ушел из-под контроля, так еще и я ставлю ультиматум. Это стоило сделать раньше.
— Можешь, мама. Прекрасно можешь.
— Вы должны быть мне опорой. Кто будет управлять бизнесом, я же не вечна!
