Женщина упала прямо под ноги - это ли не счастье? Это - беда, если упала Стефания! «Тихоня», у которой в загашнике тридцать три несчастья!Тихон Туземцев и рад бы держаться от нее подальше, да только не выходит ни черта: слишком сильно она притягивает.Стефа шла по своим, очень важным делам. И никаких опасных мужчин в ее планах не было.Зачем ей нужен какой-то Туз с насквозь криминальным прошлым? И рожать она от него не станет! Тем более, что сам Туземцев не горит желанием иметь с ней что-то общее.Или уже горит? Мало ему проблем, захотелось попробовать новых?
– Ничё так боты. Стильные. Только уже из моды вышли, отстаешь от жизни, парень…
– Если это пикап такой, то незачет. И хватит валяться уже. Вставай.
Наглая каракатица, а не женщина! Плевать мне на моду!
Но, черт побери! Свалиться мне под ноги с балюстрады, а потом еще и критиковать… Такие волшебницы мне еще не встречались!
– Я еще полежу. Мне понравилось.
Она чуток пошевелилась. Но не поднялась, а реально умостилась на бетонном полу поудобнее. Руки под голову подложила.
– Кстати, могу подсказать, в каких местах продаются ….
– Что? – Пришлось отдернуть ногу. Тонкий изящный пальчик зачем-то потянулся к моей обуви.
– Ну, это же кринж полный! Ходить в устаревших шмотках на такие мероприятия … Ты же не хочешь быть лохом?
– А лазить через балкон – самое то? Это на пике сейчас?
– Я просто реально могу помочь. Серьезно. – Девица, наконец, соизволила поднять голову и посмотреть мне в глаза.
– Ты вся грязная. А полежишь еще немного -остынешь. Поднимайся, давай.
Скрепя сердце, протянул замарашке руку. На полпути отдернул, достал платок. И уже с платком наклонился, чтобы ей помочь.
– Слушай, а давай, ты как будто меня не видел?
Модная грязнуля оказалась еще и неблагодарной: от помощи отмахнулась, подниматься не спешила от слова совсем.
– А давай, я сейчас полицию вызову и сдам тебя? За незаконное проникновение?
– Нет. Мне такой вариант не подходит. – Девица, слава богу, устала валяться. Села на колени. Как только себе конечности не переломала, с такими-то каблучищами!
– Тогда разворачивайся и лезь обратно. Меня устроит.
Шеф, конечно, зря доверил своей невесте всю подготовку к свадьбе: красоту и угощение она организовала, а вот об охране совсем не подумала. Какие-то два чучмека торчат у выхода, а по периметру – никого.
Разве так охраняют мероприятия подобного уровня?
– Не могу. – Она вздохнула, поерзала немного, и осталась на месте.
– Может, хочешь на ручки? Взять и отнести?
Уже хотелось поднять ее за шкирку и реально выкинуть обратно с балкона.
Красивая чертовка, интересная. Но какая же борзая, твою-то мать!
– Я согласна.
Челюсть моя с трудом осталась на месте. Норовила отвалиться, но пока еще держалась.
Дамочка еще и руки протянула навстречу. Намекнула так, что вот она я – вся твоя. Бери и тащи!
– Ты не оборзела, часом?
– Оборзела, понимаю.
– Головушка жить мешает? Сбилась ориентация?
Внутри начинало клокотать от гнева. Остатки приличия еще не позволяли говорить матом, но и они уже начинали испаряться с дикой скоростью.
– И головушка мешает, и нога. – Она поморщилась, став на секунду даже симпатичнее… Чудеса… – Я, кажется, ее подвернула. Или сломала… Не знаю точно. В общем, никак не могу подняться!
– Так. Давай, поступим следующим образом: я сейчас отвернусь и уйду. Сделаю вид, что тебя здесь не было. Через пять минут вернусь. А ты за это время исчезнешь, той же дорогой, как сюда и пришла. Окей?
Нужно быть совсем уже дураком, чтобы отпустить ее с богом и никак не наказывать. Но… Я пришел, в кои-то веки, на праздник, а не на работу. И если мое начальство само о себе не заботится – это его проблемы. Не мои! Главное, почаще напоминать себе об этом!
– Спасибо тебе, добрый человек…
– Ты меня сейчас обозвала добрым? – Смешная. Еще одна глупышка, ничего не понимающая в людях.
Из-за дверей, оставленных слегка открытыми, раздались овации, смех, какие-то возгласы… Глупая была идея – сбежать на балкон от этого шумного безобразия. Нужно было сразу валить домой. В принципе, ничего не мешает мне так и сделать.
– Я не настаиваю. Можешь быть и злым, если тебе так нравится…
Возмущенно дернула носиком и отвернулась. Ты посмотри-ка, еще и обижается… Женская натура – она везде одинаковая, даже в такой нелепой ситуации.
У женщины что главное? Чтобы последнее слово осталось за ней. Чем больше споришь, тем дальше тебя затягивает. Поэтому проще уйти и не связываться.
Самое сложное – это пройти сквозь зал и ни за кого не зацепиться. Просто свалить отсюда, спрятаться в своей берлоге, подальше от шума и суеты. Никогда не бывал на праздниках такого масштаба, и упаси господь, чтобы еще раз на такой пойти.
И не дай мне Боже так отупеть и поглупеть за короткие сроки, как это случилось с женихом. Это ж надо: был нормальный человек, адекватный. Любую мелочь засекал и отсекал, все держал на контроле. И брат его, кажется, тоже тупостью не страдал…
И тут на тебе – оба Пальмовских не отводят глаз от своих избранниц. Жених так совсем края потерял: ему напрямую сказали, что кто-то проник на банкет. И что это, между прочим, опасно…
Тот и ухом не повел, пошел куда-то дальше лобызаться. Пора валить в другую контору от этих двух влюбленных долбанавтов.
– Ты здесь? До сих пор?
Совесть и привычка все доделывать до конца не позволили испариться просто так. Нужно было убедиться, что пришелица свалила.
Нет. Все там же. Сидит на полу и вздыхает.
– Я бы рада уйти. Но не получается.
Теперь она сидела уже на заднице, вытянув ноги вперед.
– Ждешь какого-нибудь придурка, чтобы клюнул на приманку?
