Я догадывалась, что еще после первого звонка Ивану, Ермилин попросил друга обратиться к моему папе и вместе начать расследование. Догадывалось, что все это время они пытались разработать план, как выбраться из ситуации без потерь, но не понимала, почему Марк не обмолвился ни словом мне.
- Ася, - еще при первой встречи мне показалось, что Ваня смотрел в самую душу, и будто читал мысли. Вот и сейчас парень удивительно быстро понял мои мысли и посерьезнел: - Все было построено на одних догадках.
Я понимающе кивнула, а Егор, наконец, оторвался от меня и волчонком посмотрел на Никтина. Парень в ответ открыто улыбнулся и протянул руку, чтобы взлохматить волосы мальчика.
- Я с отцом твоим связался. – подтвердил он мои догадки
- Как он? - спросила, пристыжено опустив глаза.
- Переживает за тебя. Все свои связи поднял и нашел людей в полиции, которые начали расследование. Тайное, правда, официально то вы в розыске были, – Ваня покачала головой и вздохнул: - Честно говоря, все это благодаря ему и Павлу Сергеевичу.
Я понимающе кивнула. Было еще очень много вопросов, но задавать их сейчас почему-то не тянуло. Пока полиция задерживала наших преследователей, Марк уже рассказал, что обнаружил флешку в талисмане Егора в тот момент, когда сорвал его с шеи мальчика. Никакой следилки там не было, Марк импровизировал (как он выразился, для нашей безопасности), чтобы мы с Егором были уверены, что потеряли часики.
Тогда Ермилину и пришла в голову мысль, что Виктор Сергеевич неспроста отослал среднего сына подальше в лес таким странным способом. До этого уже просочилась информация, что война между старшим сыном и отцом разыгралась из-за некого компромата и документов, которые способен были уничтожить и Максима, и самого Виктора Сергеевича. Вопрос только в том, кто ими воспользуется быстрее и грамотнее.
Отец Егора решил выбрать самый простой способ – тайно спрятать у среднего сына (выбрав при этом вещь, с которой мальчик никогда не расстается) и отправить го подальше в лес, разыграв похищение. И своя шкура прикрыта, и, в случае чего, всегда можно начать шантажировать противника. Несмотря на страшную историю о безжалостном старшем ребенке, мужчина на самом деле надеялся, что Максиму будет плевать на пропавшего брата. Но тот оказался умнее и сразу раскусил его план.
Послал своих людей искать Егора (вернее, флэшку), но опоздал. К его радости, охранник Виктора Серегеевича Константин оказался обычной сволочью - знал про флэшку, про то, что она у мальчика, и про то, что Максим готов отдать за нее любые деньги.
Вся эта история плохо укладывалась в голове, а сердце сжималось от боли от одного взгляда на Егора. Мальчика бросили в самое пекло ни за что. Ни отцу, ни брату не было интересно, что испытает Егор, и как он потом с этим будет жить. Война за компанию буквально сожрала их, превратив обоих в чудовищ.
К слову, Егор все же был родным сыном Виктора Сергеевича. Вся эта душераздирающая история в больнице – лишь грамотно продуманный спектакль. Марку стоило лишь притвориться глупым и заикнуться при звонке, что он верит в виновность его отца, а Максим подхватил и сочинил все остальное.
- Я же могла помочь, - тихо произнесла, чуть сминая в кулаке грязную футболку Егора.
- Или подставилась бы, - мы с мальчиком вздрогнули, а Ваня перевел спокойный взгляд на Марка.
Ермилин стоял над нами и внимательно рассматривал меня. Парень выглядел смертельно уставшим. Синяки на его лице потемнели, а подбитый глаз еще больше опух.
- В больницу бы тебе, друг, - Ваня сочувствующе поморщился.
Ермилин отмахнулся и устало кивнул меня:
- Вот ей не помешало бы.
Будто в подтверждение его слов я снова закашлялась, а Егор сочувствующе погладил меня по шее.
- Герой, - Никитин с едва заметной улыбкой протянул руку мальчику. – Пойдем, прогуляемся.
Мальчик с сомнением посмотрел на меня, а я одобряюще ему кивнула.
Ваня увел Егора, а Марк присел рядом со мной и со стоном вытянул ноги. Мы молчали какое-то время.
Я вдруг отрешенно подумала, что совсем позабыла про шрам. Даже перед Никитином его не попыталась скрыть. Мысль была несвоевременной и абсолютно ненужной. Вот уж действительно - все познается в сравнении. Когда на кону стоит жизнь, как-то не до комплексов, но, уверена, стоит вернуться домой и войти в привычную колею, как они тут же облепят меня со всех сторон.
- Какой у тебя план был? – я уставилась на собственные пальцы и болезненно сглотнула.
- Дурацкий. – отозвался тот. – А придумать что-то получше не было времени. Хотели заманить Акимова, вынудить его начать искать флэшку и взять с поличным.
- Почему нельзя было просто передать её в полицию?
- Отмазался бы, - Марк тяжело вздохнул: - Пока компромат проверяли, смылся бы за границу вместе с отцом. И ищи их потом. А так хорошо получилось, и похищение, и преследование, и угроза жизни, а, главное - все на глазах полиции.
Мимо с громким ленивым жужжанием пролетел пушистый шмель. Я задумчиво проводила его взглядом и с сомнением спросила:
- Думаешь их не прикроют?
- Не прикроют. – поморщился Ермилин: - Слишком много уже намешано.
