Утром нас разбудил лорд Росс. Директор пребывал в превосходном настроении. То, что он застал нас в обнимку на середине застланного атласными простынями тюленьего лежбища, директора нимало не смутило. Хотя я вообще заметила, что маги очень спокойно относятся к любым проявлениям человеческой природы. Понятно – когда живешь сотни лет, невозможно серьезно смотреть на бытовые нормы и традиции. Остаются только принципы.
– Доброе утро! Аскани, скажи мне, ты видел своими глазами документ, касающийся наследования замка Сайгирн и герцогства? Ту часть, где говорится о том, что наследник обязан расти в границах владений, а шаг вправо, шаг влево – теряет право на герцогскую корону?
– Да, я читал эту страницу. Лорд Барака по моей просьбе показывал мне её.
– Страницу? Одну? Ну, так твой отчим обманул тебя. Там их две. Посмотри сам. – Лорд Йарби присел на край кровати и достал из рукава туго скрученный пергаментный свиток. Протянул Аскани.
Когда Ас дернул за ленту, рулон развернулся, и стало видно, что он состоит из нескольких вложенных друг в друга листов. Ас перелистнул первые три, ткнул длинным пальцем:
– Вот! Наследнику герцогства до совершеннолетия запрещается покидать…
– Переверни страницу, – мягко посоветовал директор.
– Покинуть герцогство можно в следующих уважительных случаях… – начал читать вслух Аскани разом севшим голосом. – Во?первых, если идет война и наследнику грозит опасность быть захваченным врагами либо погибнуть. Во?вторых, для дипломатических переговоров, на всё время этих переговоров. В?третьих, исполняя приказ монарха. В?четвертых, для обучения делу правления, но не более чем на пять лет за все время до наступления совершеннолетия…
Ас остановился и уставился на Росса:
– Выходит… выходит… Я мог спастись в любой момент, просто не знал об этом? Но откуда у вас свиток?
– Из кабинета лорда Бараки. Вечером я не мог уснуть, а тут в стене нашелся интересный ход, кстати, знаешь о тайных ходах замка? – Аскани кивнул. – Ну вот, – продолжил директор, – я решил перед сном осмотреться. Шел, шел – и нашел… Но из этого следует, что на зимних каникулах, если, конечно, ты останешься в «Серебряном нарвале», мы можем прогуляться в Марен?Кар. Или в Ларран. А, может, даже в Галарэн – взглянуть на Академию.
Ас отреагировал странно – протянул ко мне руки, обнял и стиснул так, что дышать стало нечем.
Завтракали мы в два этапа. Сначала, по приказу Аскани, нам принесли еду – ветчину, вареные яйца, свежий хлеб, сыр, тайру – в покои. После того как я налопалась до состояния «жадная каменная собачка, заглотившая горгулью», мы оделись и отправились в трапезную. Я прониклась солидарностью с Аскани, страшно разозленного тем, как отчим обвел его вокруг пальца. И горела жаждой мести.
Мстить начали прямо за завтраком. В качестве основного блюда лорду Бараке поднесли огромный закрытый поднос, на каких подают горячие кушанья. Поставили перед ним, откинули серебряную крышку – лежащая на подносе каменная собачка открыла крокодилью пасть с клыками в три пальца и зарычала – лорд Барака завопил и оттолкнулся от стола вместе с креслом, едва не опрокинувшись на спину.
– Ну что вы, дорогой опекун, – сдержанно улыбнулся Аскани. – Не надо так пугаться! Я думал, вы обрадуетесь моему подарку – ведь в охотничьем зале замка ничего подобного нет.
– Презент от вашего подручного мага? – клацнул зубами выведенный из себя лорд Бартоломе.
– Ну зачем же? – улыбка Аскани была ангельской, – эту убил я лично. Мы бы привезли в подарок и каменную горгулью, но показалось негуманным грузить неподъемную тварь на лошадь…
Присутствующие на завтраке лорды жадно ловили каждое слово…
* * *
– Куда девался портрет моего отца? – в голосе Аскани звучали лёд и сталь.
– По приказу леди Янгиры… – замялся пожилой дворецкий, теребя полу камзола.
– И?!
– Хозяйка приказала убрать их с глаз долой, – выдавил мужчина.
– Так. Говорю один раз, повторять не стану: леди Янгира никогда не была и не будет хозяйкой замка Сайгирн. Так что даю прямое указание как герцог – впредь приказов леди не выполнять! – прищурился. – И где теперь портреты?
– На чердаке, в западном крыле, – заторопился дворецкий. – Мы очень аккуратно – перенесли, поставили, каждый прикрыли тканью.
– Веди, покажешь. И к вечеру чтоб все висели на своих местах, ясно?
Я не узнавала Аскани. Все же в школе он был мягче. А тут командует и рычит, как Сианургу не снилось! Жуть какая?то! Как станет герцогом – таким всегда и будет? Плохо, коли так.
Мы торопились вслед за дворецким, сворачивая из коридора в коридор, поднимаясь по крутым ступеням каменных лестниц. Наконец запыхавшийся мужчина открыл деревянную дверь ключом из большой связки, брякавшей на поясе:
– Тут, стоят у дальней стены. Там светло.
Аскани сделал небрежный жест рукой, мол, свободен. Шаги поспешной дробью застучали вниз по лестнице и стихли за углом…
Ас, с совсем другим лицом – грустным, каким?то безнадежным, ступил на дощатый пол чердака. Пошел вперед, к полосам света вдалеке. Туда, где белели выставленные в ряд у стены прикрытые тканью прямоугольники картин. Я шла следом…
