Гарри привык к школьным будням и к излишнему вниманию со стороны других учеников. Поттер смог с помощью книг из библиотеки и рассказов Драко подробней узнать о волшебном мире, о его законах, традициях и о самих волшебниках. Из лекций Малфоя брюнет узнал, что чистокровные, благодаря силе рода, считаются самыми сильными магически, за ними идут полукровки, а завершают эту процессию магглорожденные или, как их еще называет Малфой, грязнокровки. Также друг поведал Поттеру о некоторых семьях аристократов, в том числе и об Уизли, в своем рассказе он подробно объяснил, что означает термин «предатель крови», и за какие заслуги те его получили. К удивлению Поттера, Драко оказался любознательным волшебником с расчетливым умом и стремлениям к власти.
В один из вечеров, что парни проводили в библиотеке, он поведал Гарри о своей семье. С его слов, он любил своих родителей, но они редко обращали на него внимание. Мать всегда была занята светскими приемами и ходьбой по магазинам, а отец — делами рода, поэтому на сына у них не хватало времени. Его воспитывали домовые эльфы семьи и частные учителя. После этого откровения Поттер увидел в Драко не заносчивого избалованного аристократа, а мальчика с таким же, как и у него, израненным детством. Ведь самого Гарольда тоже никогда не любили, а лишь боялись или ненавидели. Но Поттер уже смирился с этим и отрекся от теплых чувств, а вот Драко еще надеялся, что родители все же будут любить его.
Магия давалась слизеринцу легко. Практически любое заклинание у него получалось с первой попытки, а с третей или четвертой оно выполнялось уже идеально. Он не был ленивым и любил читать, поэтому смог стать любимчиком многих учителей, за исключением Снейпа и МакГонагалл. Эти два декана считали его высокомерным и наглым и при любом удобном случае назначали отработки с намерением его перевоспитать. Но у них это редко получалось, поскольку Поттер был одаренным во всех отраслях магии, Флитвик даже назвал его образцом для подражания, несмотря на то, что он был слизеринцем. Сперва Поттеру не понравился маленький профессор, но, узнав его получше, парень понял, что тот умен и требователен. Ему было не важно, на каком факультете учится ученик, главное — наличие у него таланта и желания учится. Не удивительно, что любимым уроком для парня стали заклинания. Флитвик отвечал ему взаимностью. Задержав раз после урока, вручил дополнительную литературу и пригласил посещать дополнительные занятия, куда ходили старшекурсники, сказав при этом, что талант нужно развивать, а не губить.
Поттер согласился.
Самым нелюбимым предметом, как и полагается, стали зелья: Гарри ненавидел готовить сомнительные составы, ингредиенты многих из них частенько имели странный вид и неприятный запах. Да и тупые придирки без повода со стороны Снейпа его уже порядком достали. Чего ему неймется? То не так, это… Шагу ступить не дает спокойно. А главное, Поттер никак не мог понять причину придирок зельевара. Но его частые упоминания Джеймса Поттера, притом в нелестном тоне, наталкивали на мысли, что Снейп что-то не поделил с его отцом. Это было единственное логическое объяснение такого поведения. Снейп — озлобленный человек, который пытается выместить свою злость на нем. Презабавная ситуация, не будь все настолько запущено.
— Поттер! — воскликнул рыжий, подходя к столику, за которым сидел Гарольд. Позади него стоял Томас и мерзко улыбался.
— Чего тебе, Уизли? — в тон ему ответил Поттер, не поднимая взгляда от книги по трансфигурации.
— Я хочу поговорить, — рыжий царственно уселся на стул напротив. Находившиеся в это время в библиотеке студенты с любопытством начали поглядывать в их сторону.
— Так мы вроде и так говорим, — язвительно протянул брюнет.
Гриффиндорец только собирался что-то ответить, как к их троице подошла Грейнджер с кипой книг.
— Рон, ты что, опять хочешь лишить факультет баллов? Профессор МакГонагалл ведь сказала, чтобы мы вели себя дружески с другими факультетами, — поучительным тоном начала кудахтать ходячая энциклопедия.
— Грейнджер, отстань, — вмешался в разговор Дин.
Заучка зыркнула на него неодобрительным взглядом, парень ответил ей тем же.
— Мы уже и так из-за ваших ссор с Малфоем и Поттером потеряли сотню баллов, — вещала Гермиона. — Как вам не стыдно? Ваши сокурсники с трудом зарабатывают их, а вы тратите впустую. Лучше бы домашние задания пошли выполнять, чем приставали к Поттеру, — с этими словами гриффиндорка села за соседний столик. — И вообще, в библиотеке шуметь нельзя, — напоследок бросила она.
— Грейнджер, ты уже достала весь факультет своими нотациями. Мы лишь хотели наладить дружеские отношения с Поттером, а тут ты появилась со своими правилами, — недовольно пробубнил рыжий, сверля свою сокурсницу раздраженным взглядом. Гарольд всю перепалку бравых гриффиндорцев слушал с насмешкой. Он презирал сам львиный факультет и всех его представителей за тупость и наглость.
