Я не знаю, чем меня взял майор Виноградов. Может, и правда был профи, а может мозг мой удружил, дав команду «внемли». Не знаю. Знаю только, что я слушал его, забыв про жажду, голод и прочие неудобства. Картину он передо мной (или, всё же в моём воображении?) нарисовал странную. Странную, если рассматривать её через призму отражений наших страхов и прочих вывертов подсознания. Потому что ни о чём таком я, если честно, никогда не думал, не размышлял и даже не читал нигде. В общем, выходило так, что я провалился в некий «мир», который они, местные жители, называют «Отстойником». Поправочка, называли, термин официально признан оскорбляющим чувства проживающих здесь людей и, соответственно, заменён на «вариант реальности».
Вообще, из всего того, что сообщил мне майор Виноградов, лишь теория множественной вселенной мне была как-то знакома, хотя подобной эзотерикой я никогда не увлекался. Впрочем, о том, что такое этот самый «вариант реальности» тоже ходили лишь теории, ни одна из которых не была официальной. В общем, это было некое место, куда проваливались люди. Понятие «проваливались» тоже было условным, с равным успехом можно было сказать «переместились», или даже совсем по утилитарному — «оказались». Про причины и механизм перемещения расспрашивать гэбиста было бессмысленно — с этим мне сразу посоветовали дождаться общения с некими «научниками». Они, якобы, объяснят больше.
Место это, очевидно, один из вариантов планеты Земля, Россия, вернее СССР времён окончания Второй мировой войны. Точка бифуркации*, если можно так выразиться, пришлась на 8 июня 1948 года, когда всё местное население разом взяло да и исчезло [*Точка бифуркации — применительно к данной теме — момент разделения времени на несколько потоков]. Куда? Это тоже вопрос не по адресу. Некоторое время Земля как бы пустовала, а потом сюда начали попадать люди. Из разных мест и, что очень важно, из разных вариантов этих мест. То есть, где-то существует вариант мира, в котором президентом США избрали индейца. Или такой, где Второй мировой войны не случилось вовсе. Или… В общем, по вариантам и многообразию, это тоже к научникам. Задачей майора Виноградова было кратко ввести меня в курс дела, а все вопросы следовало подготовить для завтрашнего рандеву с представителями официальных структур, занимающихся приёмом «провалившихся». Кстати, официально здесь они называются «переместившиеся». Мне, по мнению майора Виноградова, повезло оказаться на территории некой Вышинской народной республики со столицей в городе Вышинский. Память выдернула нужный файл, и меня неприятно поразило, что имя главного сталинского прокурора увековечено в названии города.
— А, э-э, как он раньше назывался? — спросил я.
— Бесполезно, — отмахнулся НКВДшник и, видя моё недоумение, пояснил. — Ты же параллели ищешь, так?
Я лишь кивнул головой.
— Ну и не парься, с твоей версией мира тут вообще может быть мало общего. Знаешь, вроде так всё то же самое, а как начнёшь в детали вникать… Ты у нас (мы незаметно перешли на «ты», вернее это особист позволил себе подобную вольность) из Ленинграда, да? Ну, вот видишь? — улыбнулся он. — А в моём мире никаких Санкт-Петербургов, так и оставался Ленинград до 2013 года, пока я не выпал в осадок сюда. И было это аж пять лет назад! Не сходится алгебра? И не парься, просто прими. Как данность. Мне, конечно, повезло больше, чем тебе, я в тире служебном был, свет погас, хренак и я уже тут, прямо в городе вылез. Даже со стволом. Про пистолет Зарубина слышал?
Я честно отрицательно помотал головой.
— Во-от! А я так с ним и провалился, я там в милиции служил, старлеем был, а тут, видишь, — майор скосил глаз на погон и я понял, что звезду он получил совсем недавно.
— Хорошая машинка, тут таких нет, — продолжил он рекламировать неведомый пистолет неизвестного конструктора, — я его в музей отдал. А у тебя, я так понял, при себе вообще ничего, да?
Я развёл руками.
— Был телефон, но, видать, выронил, когда «перемещался», — я выделил это слово движением пальцев в кавычки.
— Да, тут только то, чего ты касался в момент перехода сюда попадает. Хотя бывают и странные исключения, говорят, кто-то вместе с товаром на складе переместился. Но, чаще всего, именно вот так. Зато повезло, что не схавали сразу. Тварь помнишь, что напала на тебя?
— Да, так, — уклончиво ответил я.
Псину я действительно помнил смутно, вернее, не так. Помнил-то я её хорошо, а вот описать или нарисовать… В тот момент я относил это на «реальность кошмара» когда детали порой трудно различимы.
— Это порождение Тьмы под названием «бандерлог». С подробной классификацией тебя научники познакомят, но можешь вот, почитать на досуге.
