Перепугавшись не на шутку, я срочно отправилась домой, где к неописуемому изумлению и облегчению обнаружила пропажу, из чего сделала вывод — карета работает только в один конец. Конечно, хорошо, что он всегда возвращается на прежнее место, однако все остальное вызывает кучу неудобств. Другие города, гостиницы, почтовые кареты, корабли требовали денег, а их-то было мало. Родители, наотрез отказавшиеся жить в летающем замке, уехали к родственникам, забив погреба до отказа и оставив мне немного денег, забрав остальные на обустройство на новом месте.
Оставалось только одно — путешествовать в летающем жилище до приглянувшегося места, а потом пользоваться телепортацией. За неимением денег на сувениры в лавках, я, ничуть не смущаясь, с похвальным рвением энтузиаста-археолога, обследовала всевозможные свалки, выискивая там самые диковинные, на мой взгляд, предметы. В результате замок наполнился экзотическими экспонатами. Ручаюсь, что такой обстановки нет больше нигде!
— Абсолютно с тобой согласен! Что же касается свойств замка, то ты просто должна знать, что он построен на месте Силы. Поэтому, когда в тебе проснулись способности к телепортации, это послужило сигналом и для него. А кстати, кто такой этот ваш Святой Пафнутий? Я постоянно слышу это имя, а вот чем он знаменит — не ведаю, — не переставая активно жевать, поинтересовался Шаман.
— Как это? Ты не знаешь ничего про Пафнутия?
— Не-а, — смутился Сашка. — Так уж вышло, что я на Церре совсем недавно.
— А, так ты, наверное, двойник? Я как-то встречалась с одной старушкой, она мне про таких, как ты, рассказывала. Она тоже из двойников. Ладно, слушай. Это очень древняя история, можно сказать легенда, потому что никто толком не знает, как оно было на самом деле. Я тебе расскажу, как мне бабушка рассказывала, а она слышала это от своей бабки, а та от своей.
Когда-то в очень далекие времена на Церре господствовали монахи из храма Левой ноги. Люди тогда жили очень плохо. Эти проклятые левоножники обирали всех до нитки, у них имелась даже наемная армия, очень кроваво расправлявшаяся с бунтами. Епархии ломились от баснословных богатств, им даже лорды и прочие правители дань платили. От голода и болезней люди вымирали целыми деревнями.
И вот в одной маленькой деревушке на Твиллитте однажды родился мальчик Пафнутий. И говорят, будто в тот день в дом забрел какой-то эльф. Уж не знаю, откуда он в те времена взялся, а, может быть, эльфы жили на Церре задолго до этого, только не всегда людям на глаза показывались. Впрочем, не важно. Так или иначе, но Перворожденный как будто бы даже принимал роды и нарек мальчику имя. А после этого пропал, как будто и вовсе его не было.
Пафнутий оказался крепким малышом и в отличие от своих сверстников не болел ни разу. А больше ничем другим в малолетстве не отличался. Разве что нравом добрым и кротким. С раннего детства травами разными интересовался и к тому времени, как в силу войти, стал довольно искусным знахарем. Говорят, что для этого он два или три года странствовал по всей Церре и учился у разных травников. Может быть, и к эльфам заглянул. Так или иначе, но слух о нем далеко прокатился. Со всех концов люди приходили, и он никому не отказывал.
Однажды, когда он ушел за травами, налетели сборщики-поборщики. В тот год неурожай страшный выдался, люди запасали лишь грибы да ягоды и не ведали, как зиму одолеют. Что и говорить, платить-то им было нечем. Сборщики в ярости всю деревню сожгли, а жителей в полон увели. Тогда это являлось обычным делом. Пафнутий же, видать, далеко ушел, дыма не видел, а когда вернулся, то на месте дома одни головешки остались. И все равно он бросился в погоню.
Долго ли, коротко ли шел, никому не ведомо, да и о том, что с ним в том пути приключилось, он не рассказывал. Но видно, зачерпнул он где-то волшебной силы, иначе никак не объяснить все, что он потом сделал. А пришел он в город, куда сгоняли новоиспеченных рабов. К тому времени почти всех уже распродали на невольничьем рынке, но несколько человек все же томились в одном из тюремных бараков на центральной площади. Среди них оказались и его поседевшие от горя престарелые родители. Темной ночью Пафнутий пробрался в тюрьму, заворожил стражников, вывел пленников на волю и скрылся с ними в лесу. А уж там следы заметать он умел, как никто. Сколько не искали следопыты с собаками, так никого и не нашли.
