Все четверо уставились на Молотова. Тот, никак не ожидая такого ''тёплого'' приёма, в свою очередь смотрел по очереди на них. Кроме удивления на его лице, ОМОНовцы ничего не видели. Ни грамма страха. Молчаливое противостояние в данном случае было опасно только для одного. И Ваня вовремя это сообразил.
– Я следователь из Москвы. Вот мои документы, – и он очень медленно положил взятые с собой бумаги на тумбочку часового и также медленно достал своё удостоверение.
Протянув его лейтенанту, единственному офицеру из этой доблестной четвёрки, он спокойно опустил руки. Пока лейтенант тщательно изучал документ, сержант осмотрел его на предмет оружия. Молотов вытянул руки в стороны. Похлопав его по карманам, сержант нащупал у него что-то. Молотов не шелохнулся. Достав пистолет из кабуры, он удивился спокойствию Молотова. Отступив на пару шагов, сержант спрятал пистолет за спину. Второй его товарищ вышел чуть вперёд, прикрывая его в случае агрессии незнакомца.
Лейтенант неоднократно сверил фотографию с натурой, стоящей перед ним, и только после этого прошёл к внутреннему телефону и набрал номер.
– Товарищ капитан, это лейтенант Иванов, – доложил он. – Здесь на КПП, судя по документам, старший лейтенант Молотов из Москвы.
Грозный рык капитана заставил немного отодвинуть трубку от уха и лейтенант, поняв его с полуслова, сказал, что сейчас приведёт Молотова.
Лейтенант, слегка покраснев, вернулся к Молотову.
– Извините, мы не знали кто вы. У нас новые порядки. Очень жёсткие, – извинился, а заодно и пояснил лейтенант.
Ваня спрятал пистолет в полагающееся для него место и взял бумаги с тумбочки.
– Всё правильно, ребята, вы делаете. Так и надо, – похвалил Молотов. – А то, представляете, в Самаре, в управлении, я вхожу, а меня даже документы не спросили. А потом удивляемся, почему покушения в кабинетах начальников происходят. Вот с КПП всё и начинается… Так что продолжайте в том же духе, – поддержал их Ваня, в конец раздобрившись.
– Спасибо, товарищ старший лейтенант. Так и будет, – поблагодарил часовой.
– Пойдём, провожу к капитану Голованову, – предложил лейтенант.
– Да, конечно, – согласился Молотов.
Пройдя пару коридоров, они вошли в просторную комнату, с трудом подходящую под определение кабинета. В ней никого не было, за исключением, как моментально догадался Ваня, того самого капитана Голованова. Поднявшись к нему навстречу, он протянул первым руку и улыбнулся.
– Рад видеть тебя, Ваня, – крепко пожимая ему руку, поприветствовал Андрей. Увидев в его глазах удивление, он опередил его вопрос. – Сначала представлюсь. Капитан Голованов. Для тебя просто Андрей… Я всё знаю. Буквально час назад разговаривал с полковником Долгневым.
У Молотова не нашлось что ответить. Он только молча опустился на предложенный капитаном стул. Андрей присел рядом. Лейтенант же без лишнего напоминания вышел.
В комнату вошёл ещё один офицер в форме и с капитанскими погонами. Голованов остался сидеть, не удосужившись даже повернуть голову в сторону вошедшего. Из этого Ваня сделал вывод, что Голованов старше данного человека по должности.
– Ну вот, все в сборе, – обрадовался Голованов. – Ну что же, тогда начнём. Представлю тебе моего заместителя. Капитан, как видишь, Жжёнов Роман Алексеевич. Для тебя просто Рома. А это, – он обернулся к Роме, – старший лейтенант Молотов.
– Иван, – представился Молотов, протягивая руку.
Крепкое рукопожатие скрепило их знакомство. Присев к ним третьим за стол, Жжёнов достал из папки какое-то дело.
– Ты как, обедал? – спросил Ваню Андрей, не обращая внимания на зама.
– Да, я пообедал, спасибо.
– Мы тоже. Тогда поехали, – взглянув на Рому, он увидел как тот готов к интеллектуальной работе, и сам весь подобрался. – Нам слишком много надо обсудить с тобой…
Через два часа, все трое были близки к потере сознания. Никогда им ещё не предоставлялась возможность так испытать свой организм. Дикая жара, мёртвый неподвижный воздух в комнате, поскольку открыть окна не было возможности из-за того, что они были забиты гвоздями перед зимой и до сих пор ни у кого не доходили руки, чтобы их откупорить, постоянная напряжённая работы мысли без малейшего права на перерыв – всё это сказалось на молодых ребятах. Первым не выдержал Голованов.
– Всё. На сегодня хватит, – схватив мокрый насквозь платок и всё равно вытирая со лба пот, сказал Андрей.
Его действие повторил и Рома.
– Эркенов будет здесь. А вот Мухамадиев может и не появиться. Ему тут делать нечего, – рассуждал в заключении их долгого обсуждения Голованов. – Все предварительные распоряжения, как видишь, я уже отдал. Люди работают по твоему делу. Их ищут. И найдут рано или поздно. Хоть одного, этого Эркенова, если он здесь, то его из-под земли достанут. Я тебе лично это обещаю… А завтра, Ваня, – он посмотрел на часы, – я тебя жду часов в 11. Не раньше. Я с утра на совещание уеду.
– Хорошо, до встречи, – поднялся Молотов.
Он пожал им руки и с облегчением покинул эту адскую комнату. Свежий вечерний ветерок приятно обвевал лицо, когда он покинул здание, миновав бедного часового.
