Я предвкушающе улыбалась своим внутренним мыслям и чуть не врезалась в Теанора, поджидавшего меня в коридоре. С того самого дня, когда друзья выясняли отношения в Звездном храме, эльф избегал моего общества. Я и представить себе не могла, как тяжело ему далось решение отказаться от меня. Но его вид красноречиво говорил о его душевном состоянии.
Первородный выглядел не лучшим образом – грустный взгляд, хоть и искренняя, но какая-то вымученная улыбка… Куда делся тот наглый, самоуверенный эльф, что не давал мне проходу почти с первого дня знакомства? Теперь он даже смотрел на меня по-другому. Так смотрят на неприкосновенные статуи богов в храмах, на неприступные горные вершины, на жену лучшего друга…
- С днем рождения, Вель! – почти шепотом произнес он. – Прими самые искренние пожелания светлого счастья… – бывший жених протянул мне белую розу на длинном стебле.
Я чуть помедлила, но, все же, взяла изящный цветок в руки, рассудив, что в таком знаке внимания ничего предосудительного нет. Однако смотрела я на это бархатное чудо с недоверием, ожидая, что оно развеется в любую минуту, как его утренний сородич, присланный магическим вестником из эльфийских земель. Сверкающая белизна лепестков притягивала взгляд, лишь напоминая о контрасте с темным окружением.
Еще, отчего-то вспомнилось, как Теанор собирал для меня розы в Темном саду… Сразу стало немного грустно. Во мне поднялось запоздалое сожаление, близкое к жалости, и чтобы сбросить с себя это странное, неловкое состояние, я поднесла розу к лицу. Какой божественный аромат! Насыщенный, сладкий, с легкой, терпкой кислинкой…
Эльф не спускал с моего лица внимательного взгляда, следя за реакцией, ловя каждую эмоцию. Понимающе кивнул и сдержанно улыбнулся, заметив мои сомнения.
- Роза зачарована от увядания, но это всего лишь роза… и даже не алая… к моему сожалению… – пояснил он, мягко касаясь моей руки, сжимающей цветок.
Слова Теанора отозвались смутными воспоминаниями об эльфийских верованиях и обычаях. Он вновь намекал на особое ко мне отношение, хотел показать, как я ему дорога… Но я так же вспомнила и все те вынужденные переживания, вызванные его настойчивыми ухаживаниями и напором. Нахмурилась, предположив, что длинноухий все еще может надеяться на чувства с моей стороны. Мало ли, что он там наговорил Террису в момент слабости… Хотелось бы мне знать, что он скрывает за этим грустным взглядом и внешним раскаянием…
Стоило мне так подумать, как я ощутила бешеную страсть и томление, толику отчаянной надежды и ожидания. А еще скрытую злость и разочарование. Эмоции пронеслись так внезапно, что мне стоило больших усилий не закричать. Я лишь взмахнула рукой, слегка отвернулась и прикрыла глаза, чтобы прийти в себя.
Посчитав, что я хочу прекратить разговор, Теанор отстранился и проговорил что-то на прощание. Я же его почти не слушала, пытаясь понять произошедшее.
Огонек плавно выплыл из подпространства, устроившись на плече в своем пушистом обличии. От него шла теплая волна заботы и внимания. Неужели это он транслировал чувства эльфа? Эмпатические способности лисенок демонстрировал с самого начала, но обычно это были его собственные эмоции. Сейчас же он позволил мне прочувствовать Теанора.
Когда удивление от осознания новых возможностей моего огненного защитника спало, я вспомнила об эльфе. Нужно серьезно поговорить с ним и прояснить возникшие недоразумения.
- Теанор, подожди! – крикнула я в спину удаляющегося поклонника.
Мы зашли в свободный кабинет, и едва закрылась дверь, отрезая нас от любопытных глаз и ушей, я отбросила ненужные сантименты и ринулась в атаку:
- Какого гоблина твоя семья все еще считает меня твоей невестой?
Шатен приподнял брови в немом удивлении, всем своим видом выражая тихую обиду. Даже не знаю, что его задело больше – мой тон или заданный вопрос.
- Постой, Вель, все не так… однозначно… – сказал Теанор, приподнимая обе руки в примиряющем жесте.
Я терпеливо ждала продолжения, предоставив эльфу возможность собраться с мыслями и объяснить свою позицию.
Наконец, мой бывший жених заговорил, четко, в некоторой степени манерно чеканя слова:
- Дом Ар-Тенн не получал официального уведомления о разрыве помолвки. Это должен сделать твой опекун, от твоего имени. Для первородного – несмываемый позор расторгнуть помолвку и отказаться от невесты самому. Я понимаю, что это неприятно и неожиданно… Ты, хоть и упрямилась, но уже, должно быть, видела себя моей женой… И я бы не отказался, если бы не обстоятельства…
От подобных речей ушастого у меня глаза на лоб полезли. Что он о себе возомнил?
- Ты что, с ума сошел? – зашипела я на мужчину, чувствуя, как волной поднимается раздражение. Нужно успокоиться, а то так и энергия может выйти из-под контроля!
