– Понимаешь, она выглядит несчастной. Когда она приезжает к нам на Йоль, она всегда кажется какой-то потерянной. Я думал, это из-за того, что она скучает по друзьям… но, может, ей здесь не так уж хорошо? Да и в личной жизни не везет. Ей нравится какой-то парень… она рассказывала. Но что-то у них не ладится.
– Да, – Сева вспомнил ухажера Водяной колдуньи, – Светослав, кажется. Не слишком приятный тип.
– Точно. Имя начиналось на «С»… Такое длинное.
– Они расстались. Она быстро его забудет. – Воздушный маг нерешительно пожал плечами.
– Бедная маленькая По, – вздохнул Мик и попросил повторить напиток, по-отечески вздохнув. – Я знаю, каково это – терять близких. Особенно в таком сложном возрасте. Проклятие и потери… Все помнится, как вчера.
– Да, кстати, – вдруг оживился Сева. – Как ты избавился от проклятия? Все-таки Монье тебе помог?
– Нет-нет. – Микоэль решительно покачал головой и грустно усмехнулся. – Моя девушка. Я рассказывал По. Клоэ забрала проклятие. И оно убило ее.
Сева в упор посмотрел на Микоэля Феншо. Было ясно, что тот не врет. Он был уверен в своих словах, несмотря на то, что все считали именно месье Монье его спасителем.
– Но как она забрала проклятие? – наконец выдавил он. – Я целитель. Мне важно знать такие вещи. Нам доступно слишком мало информации о древних Темных проклятиях.
– Нам тоже. Но… Клоэ увлекалась Темной магией. Меня это не сильно пугало. Она была безумная, совершенно чудная, так что мне это даже нравилось.
– И ты позволил ей взять на себя проклятие?
– Позволил? Она меня раздела и уложила на пол, пообещав, что сейчас мы отлично повеселимся, – усмехнулся Микоэль. – Я принимал ее темные ритуалы за игру взбунтовавшейся непосвященной. Поэтому когда она попросила немного моей крови, я без вопросов протянул ей руку. Заклинание, которое она бормотала, имело явный любовный подтекст. Мне было всего семнадцать, и я не услышал в нем ничего зловещего – только что-то про единение тел и душ. Я смирно ждал, когда она наиграется и приступит к главному. Но… все оборвалось.
– В смысле? – спросил Сева, нахмурившись.
– Со мной вдруг сделался приступ. Самый сильный из всех, что когда-либо случались. Клоэ позвала на помощь, и пока целители бились надо мной, подчищала следы своих темных увлечений. Никто не заметил, что смерть уже раскрыла крылья и приготовила свой серп. И что стоит она вовсе не за моей спиной. Я очнулся на следующий день… Под вечер. В этот же час Клоэ на другом конце города умерла.
– О, Перун, – пробормотал Сева, залпом выпив оставшуюся половину «Полынного утра».
– Все решили, что это мощный обряд Монье спас меня. На Клоэ не было следов проклятия – только разодранная в кровь грудная клетка, будто ее царапали огромные длинные когти.
– Значит, ты думаешь, все-таки можно избавиться от проклятия таким способом?
– Это непросто. Во-первых, проклятый не должен сопротивляться. Клоэ откуда-то об этом знала. Иначе зачем бы она так тщательно изображала любовную игру? Во-вторых, никто не сможет взять на себя проклятие по принуждению. Какое чувство может заставить человека сделать это? Ответ очевиден. Отдать жизнь взамен жизни любимого человека… Нарочно прервать свой путь и скатиться на сотню ступеней назад, перевоплотившись в камне… цветке? О чем думала эта девчонка? Я точно этого не стоил, вот что самое обидное! – Микоэль поднял глаза на хмурого Севу и снова совершенно неожиданно улыбнулся, будто желая поскорее закрыть печальную тему: – Но знаешь что? Если в По кто-нибудь влюбится, ты подкинь парню эту идею, ладно? Вдруг ради спасения моей сестры он не пожалеет жизни?
– Да, подкину.
– Нет, ну как так можно! Ходил в Медвежий угол и без меня! – воскликнул Митя, спрыгивая с крыльца.
Прошел день, и Сева решил отправиться на Боевую магию. Сидеть дома было невозможно. В избушке стоял почти такой же холод, как и на улице.
– Меня позвал Микоэль Феншо, я не успел отвертеться. Мы пошли, едва я переступил порог лазарета.
– И о чем вы говорили?
– О проклятии Водяной колдуньи, – уклончиво буркнул Сева, не желая признавать, что эта тема с некоторых пор вселяла ему неприязнь. Теперь он понимал, почему отец всегда старался избегать работы с проклятиями и порчами. Было во всем этом что-то противоестественное ходу жизни. Что-то, что не должно случаться с человеком. От самих разговоров о настоящем проклятии хотелось отмыться. – И еще Микоэль сказал, что семья подумывает забрать отсюда Водяную колдунью и увезти ее во Францию.
– О, да кто же им даст, – отозвался Митя. – Наша единственная Водяная! Она слишком ценна для Тридевятого государства.
– Наверное, ты прав. – Сева пожал плечами.
