Я ещё какое-то время любовалась, как он ловко слаживает паруса и проверяет, насколько крепко закреплены канаты, но всё же оторвала от него взгляд и пошла вниз. На нижней палубе была небольшая кухня, такая же каюта с двуспальной кроватью, душ и туалет: вот и всё убранство. Я пошла на кухню и включила чайник, пока он закипал, быстро ополоснулась в душе и, взяв длинную футболку, накинула её поверх нижнего белья. Пока Сэм возился на палубе, сделала нам кофе и сэндвичи. Он вошёл минут через десять и тоже уже одетый, на нём были тёмно-синие потёртые джинсы и белая футболка.
– М-м-м! Еда! – он блаженно прикрыл глаза и потянулся за кружкой.
– Это, конечно, не то чем ты кормишь меня последние две с половиной недели, но думаю и это едой назвать можно.
– С каких это пор сэндвичи не еда?
– Это всё ты виноват, разбаловал меня.
В глазах Сэма отразился задорный блеск и, загадочно улыбнувшись, он протянул:
– Так значит, я тебя балую?
– Конечно! Я столько вкусной, а главное, домашней еды не ела… да никогда!
Сэм рассмеялся и откусил кусок сэндвича, мы принялись уплетать то, что я приготовила и как обычно это делаем за едой, просто болтать ни о чём.
– Так, что за любовь к большим кружкам? – он качнул головой в сторону огромной кружки кофе в моих руках, которую я смогла раздобыть даже здесь.
– Я просто никогда не понимала людей, которые пьют кофе из малюсеньких чашечек, – я изобразила пальцами крохотный размер посудины, на что Сэм улыбнулся. – Как можно пить что-то настолько вкусное, в таком маленьком количестве?
– Логично. Но я как врач официально заявляю – много кофе вредно.
– Вот знаешь, если ты не будешь говорить подобного бреда, то мы вполне сможем остаться друзьями, – при этих словах я смотрела на него так серьёзно, что в итоге не выдержала, и мы оба рассмеялись.
Сэм протянул ко мне руку и еле касаясь, дотронулся большим пальцем до уголка губ. От неожиданности я вздрогнула и замерла.
– У тебя крошка, – сказал это еле слышно, почти шёпотом, при этом неотрывно глядя на мои губы.
Я сглотнула. От его пристального взгляда внизу живота защекотало. Он провёл ладонью по моей щеке, заправил за ухо волосы. Мне понадобилось всё самообладание, чтобы не прильнуть к этому прикосновению. Подняв вторую руку, он так же провёл ей по скуле, и моё лицо оказалось в плену его больших ладоней. Сэм медленно приблизился и накрыл мои губы своими… сочными, мягкими и, ставшими такими желанными, губами.
Сердце пропустило удар такой силы, что рёбрам на секунду стало больно. Больше всего на свете мне сейчас хотелось продолжения этого нежного осторожного касания его губ, но я всё же положила руку ему на грудь и слегка надавила, отталкивая. Он тут же отстранился, но лишь на пару сантиметров, я всё ещё продолжала чувствовать, как его горячее дыхание щекочет мне лицо.
– Сэм, что ты делаешь?
– Я думаю это очевидно. Целую тебя.
– Ладно. Спрошу по-другому. Какого хрена ты делаешь?
Он улыбнулся и скользнул взглядом по моим губам, а затем заглянул в глаза, при этом, его глаза стали такими серьёзными, такими пронизывающими… так он на меня ещё не смотрел.
– Я совру, если скажу, что не хотел впиться в твои губы ещё с того момента, как увидел тебя в больнице. Знал, что это чертовски неправильно, но ничего не мог с собой поделать. Так что либо оттолкни меня сильней, либо…
Он перевёл взгляд обратно к моему рту, я невольно облизнула нижнюю губу и нервно прикусила её. Его глаза блеснули и потемнели, если раньше их можно было сравнить с ясным небом и свежей листвой, то сейчас передо мной было бушующее море и «злой» лес. Я понимаю, что должна его оттолкнуть. Если мы продолжим, это всё лишь усложнит. Проблем и так хватает… Но, несмотря на это осознание, я почему-то опустила руку.
В эту же секунду Сэм подался вперёд и жадно прильнул к моим губам. Это больше не было нежным словно спрашивающим разрешения касанием, теперь он действовал смело, не боясь моего отказа… И я ответила ему, наши губы слились в страстном танце, от которого перехватило дыхание, и закружилась голова. Проведя кончиком языка по моим губам, он раскрыл их для более глубокого поцелуя, наши языки сплелись.
Его руки опустились на талию, затем ниже… Подхватив под бёдра, он усадил меня на столешницу. Мои ноги оказались по обе стороны от его ног. Сэм залез рукой под мою футболку и самыми кончиками пальцев провёл вверх по позвоночнику. Вслед за этим движением побежали мурашки. Я невольно прогнулась, отчего вплотную прижалась к его груди и кожей почувствовала, как бешено колотится его сердце… или это моё? Его вторая рука с силой сжимала моё бедро, не позволяя даже шевельнуться, словно он боялся, что в последний момент я передумаю и убегу. А наши губы всё продолжали свой танец: умопомрачительный, захватывающий, одурманивающий. Дыхания смешались, я уже не разбирала, где заканчивается мой выдох и начинается его вдох. Мы слились в единый ураган страсти.
Сэм невнятно выругался прямо в мои приоткрытые губы и через силу отстранился. Положив руку мне на затылок, соприкоснулся своим лбом с моим, и тяжело дыша, заговорил:
