— Не стоит этого делать, парень, — предупредил Аргус и на этот раз голос его был лишен вкрадчивых ноток.
— А он здесь вообще при чем? — в свою очередь удивилась Диана и оглянулась на меня с таким придирчивым взглядом, отчего я почувствовал себя крошечным и никчемным.
— Я и сам пытаюсь в этом разобраться. Особенно после представления, устроенного вами наверху, — загадочно ответствовал страж и безапелляционным тоном добавил: — Потому он идет со мной.
На это неожиданное и в высшей степени абсурдное заявление у меня был только один ответ:
— Ничего подобного я делать не собираюсь! — А еще, прежде, чем кто-то успел возразить, я выхватил бластер и выстрелил несколько раз прямо в эту непроницаемую белесую рожу.
Тройной плазменный разряд должен был оставить от лица серого стража, пусть и защищенного маской, сплошное обугленное месиво. Но вместо этого просто проскользнул мимо, взорвавшись где-то позади в темноте коридора.
Не веря глазам своим, я изумленно уставился на Аргуса, чьи просто сверхъестественная реакция и скорость позволили ему увернуться от выстрелов. На краткое мгновение он будто растворился в полутьме, а потом резко вырос передом мной и одним сильнейшим толчком опрокинул аккурат в раскуроченный пузырь с телом убитого старика.
Со стороны мой полет, должно быть, казался чем-то весьма впечатляющим, однако на деле я чувствовал себя мешком, набитым навозом и тяжело приземлившимся в объятья хладного трупа. При этом не забыл хорошенько приложиться головой о край сферы. Благо защищавший затылок шлем не позволил мне раскроить о толстую блестящую стенку собственный череп. На несколько мгновений в голове помутилось, а перед глазами праздничным хороводом расцвели яркие звезды. Кажется, я успел еще громко ругнуться, прежде чем услышал над собой следующие слова Аргуса:
— Если хочешь пожить подольше, не делай глупостей. Ты понял? В следующий раз я уже таким терпеливым не буду.
Я, честно говоря, не совсем, а вернее даже, совсем не понимал, о чем он говорит. Все мои силы уходили на то, чтобы подавить вспыхнувшую от унижения и боли злость и выкарабкаться наконец из треклятого пузыря. При этом, каждый раз касаясь его стенок я ощущал, будто тысячи мелких иголок одновременно впиваются мне под кожу. Маленький черненький ящичек вновь заходил ходуном. На мертвеца я даже внимания не обратил.
— Ох, а не пойти бы тебе в… — прошипел я, превозмогая жжение и резь во всем теле, а заодно удивляясь, почему Мекет стоит в стороне и ничего не предпринимает. Мог бы, все-таки, заступиться за младшего брата!
— Послушайте! — раздраженно проговорил Аргус, на этот раз обращаясь уже ко всем, — мне уже до смерти надоел весь этот бессмысленный разговор! Вы пойдете со мной по доброй воле или я заставлю вас силой. По-другому — никак.
С горем пополам поднявшись обратно на ноги, я уже не спешил хвататься за бластер. Острая боль, разлившаяся по всему телу, не давала сосредоточиться и постоянно отвлекала; в ушах слышался отчетливый гул, похожий на бьющуюся стаю разъяренных птиц. Стиснув зубы, чтобы не застонать, я, прихрамывая, медленно переместился Мекету за спину.
— Ну? — осведомился Аргус и дабы заставить нас соображать быстрее, активировал встроенный в наручи силовой клинок. Тонкое полуметровое лезвие, как будто состоявшее из жидкого стекла, вырвалось наружу с негромким урчанием. — Решайте, миледи. Выбор у вас невелик.
— А ты не торопишься с выводами, дружище? — внезапно подал голос Мекет, чем привлек внимание всех, кто в этот момент находился в лаборатории. Лица своего он по-прежнему не открывал, но принятая поза вдруг сделалась значительно более расслабленной и даже нагловатой. — Бывал я в ситуациях и похуже.
Аргус постарался скрыть свое замешательство за презрительным вопросом:
— С каких это пор ручным псам позволяется тявкать без спроса?
— С тех пор, как ручной пес стал сам себе хозяин, — ответил мой брат и открыл свое лицо.
Повисла короткая пауза. А затем:
— ТЫ! — раздался грозный нечеловеческий рык из-под маски, и столько ненависти и неподдельной злобы было в нем, что я на мгновение позабыл про свои охи-вздохи, лишь переводил изумленный взгляд с одного на другого.
— Вы знаете друг друга? — удивленно спросила Диана.
Мекет усмехнулся, кивнув:
— Давние знакомцы. — При этом он не сводил лукавого взгляда с Аргуса. — Не правда ли… друг?
Приказ, отданный Аргусом своим людям, был безапелляционным:
— Убить его! Немедленно!
Гул в моей голове только нарастал, вместе с болью, от которой, казалось, она вот-вот расколется надвое. За тем, как стражи Аргуса встают в атакующую позицию я наблюдал почти с отстраненным интересом, будто бы выпав из реальности и оказавшись за пределами происходящего. О том, что от меня с большой вероятностью останется лишь хладный труп, я почему-то даже не думал. Я успел заметить, как Диана выхватила бластер, как Мекет тщетно пытается выжать последние крохи энергии из сдохшего щита, одновременно выбирая взрывчатку, которую кинет под ноги противникам… Все это представилось каким-то замедленным и ненастоящим, словно кошмар наяву…
