Это привело к еще более ужасным мыслям. Либо Гарри придумал, как проникнуть в Запретную секцию, либо у него есть копия одной из книг. Часть Минервы предполагала, что Поттер проник в Запретную секцию, ведь его отец смог это сделать. Однако тот факт, по словам мадам Пинс, что ни одна из книг не была взята из Запретной секции еще с прошлой недели, заставил МакГонагалл утвердиться в мысли, что у Гарри есть копии. Мальчик был слишком увлечен своей книгой в течение года на ее занятиях.
— Эмм… профессор МакГонагалл?
Минерва подняла голову и увидела Нимфадору Тонкс, замершую перед ней и Филиусом.
— Да, мисс Тонкс? Чем могу помочь?
— Я… кхм… мне интересно, могли бы вы выписать мое имя из списка учеников, которые отправятся сегодня домой? — быстро сказала Дора.
— Мне очень жаль, дорогая, но список был утвержден неделю назад, — покачала головой МакГонагалл.
— Но это не помешало директору сообщить Гарри только сейчас о том, что он не может уехать вместе с Драко.
Минерва была удивлена неожиданно сердитым тоном Нимфадоры, однако любой ее выговор можно было с тем же успехом выкинуть в окно, когда заговорил Филиус.
— Что вы имеете в виду, мисс Тонкс?
— Директор только что пригласил Гарри в свой кабинет и сказал, что не разрешает ему отпраздновать Рождество вместе с Драко. Если Гарри можно остаться в школе, я тоже хочу…
— Мне очень жаль, дорогая, но окончательный список был… — заново начала МакГонагалл.
— Но это нечестно! Я вписалась в этот дурацкий список только потому, что не хотела остаться в Хогвартсе одна! Теперь и Гарри, и Джинни остаются, а я вынуждена уехать?! — с досадой воскликнула Дора.
— Минерва, наверное, можно сделать исключение. Если то, что сказала мисс Тонкс, правда, директор не будет возражать, — заметил Филиус.
Нимфадора послала профессору благодарную улыбку, прежде чем посмотреть на декана.
— Пожалуйста, мэм, это ведь Рождество.
— А что подумает ваша мать, когда не обнаружит вас на станции? — спросила МакГонагалл.
— Я могу попросить Гарри отправить эльфа с письмом. Таким образом, ей не нужно будет приходить на станцию без необходимости.
— Но что насчет вашей мамы? Разве вы не хотели бы увидеться с ней на Рождество?
Тонкс фыркнула.
— С женщиной, которая требует от меня оставить своих лучших друзей и угрожала отправить в Шармбатон этим летом? Нет, спасибо, я лучше останусь в замке.
Минерва и Филиус удивленно переглянулись.
— Дорогая, вы пошутили? Андромеда угрожала отослать вас в Шармбатон? — недоверчиво спросила МакГонагалл.
— Я не шучу, мэм, эта история повторяется из раза в раз и в этот ничего не изменится. Могу я остаться? — снова попросила Дора.
— Думаю, да. Но я надеюсь, что вы отправите письмо своей матери сразу же, — кивнула МакГонагалл и Нимфадора, просияв, побежала обратно к столу Слизерина с широкой улыбкой.
— Она сказала «да»! — радостно воскликнула Тонкс, опустившись на скамью.
— Здорово, — улыбнулся Поттер.
— Да, вот только мне нужно послать маме записку с твоим домашним эльфом, чтобы она не встречала меня на вокзале, — пояснила Дора.
— Без проблем. Анди! — позвал Поттер.
С шумным хлопком рядом с ним появился эльф.
— Да, хозяин Гарри, — сказала Анди.
— Тонкс, у тебя готово письмо? — спросил Поттер.
— Эмм, нет, мне надо его написать, — призналась Нимфадора.
— Анди, следуй за Тонкс, а затем отправь письмо ее матери, ладно?
— Да, хозяин Гарри, — Анди последовала за Дорой, покинувшей Большой зал.
Оставшееся время до Рождества было самым насыщенным в году. Гарри постепенно начинал ненавидеть короткие разговоры с Дамблдором. Независимо от того, о чем Поттер пытался поговорить, Альбус всегда переводил разговор на самого Гарри. Когда Поттер отказался отвечать, что он любит делать летом, или какое его любимое сладкое лакомство у маглов, Дамблдор, казалось, решил, что мальчик отказывается разговаривать с ним о своем прошлом. С тех пор, их разговоры были исключительно о работе Гарри на заклинаниях и трансфигурации, к их взаимному разочарованию.
Миссис Тонкс ответила на письмо Нимфадоры о ее решении остаться в Хогвартсе. Анди вернулась с вопиллером. Письмо взорвалось, как только Анди доставила его, но Дора стояла на своем и вновь отправила с домашним эльфом письмо, что она не вернется домой.
Когда Анди вернулась, то сказала, что Андромеда очень разозлилась. И это еще было преуменьшением. Андромеда трансгрессировала в Хогсмид на следующий день и потребовала возвращения Доры. Только благодаря вмешательству МакГонагалл и Дамблдора Тонкс и ее мать не начали бросаться друг в друга проклятиями. Когда обе немного остыли, Андромеда сообщила директору, что она все равно заберет Нимфадору домой.
