Он вскрикнул и отпустил её. Она присела. Я сделал свой последний выстрел, и Рики рухнул на пол, его мозги разлетелись по всей стене за его спиной.
Солнце светило высоко над головой тем хрустальным утром, когда мы мчались по шоссе, охраняемому густыми лесами с обеих сторон. После перестрелки в домике на побережье мы похватали одежду, оружие, остатки еды и отправились в дорогу. Конрад получил пулю в ногу, но не позволил мне лечить его. Одержимый идеей сбежать, он вытащил меня из дома и посадил в машину. К тому времени, как раздался вой сирен, мы уже практически покинули город.
— Куда мы едем? — я покопалась в сумке с оружием в поисках бинтов и спирта, которые бросила туда перед тем, как мы уехали.
— Я знаю одно место. Я никогда там не был, но это придется сделать.
— Где?
— Государственный лес, — он стиснул свои зубы, когда нас подбросило на выбоине. — Нам нужно ехать все время на запад, чтобы свалить нафиг из Джерси. Мы не можем рисковать, не тогда, когда Рамон у нас на хвосте.
— Притормози-ка. Мне нужно осмотреть твою ногу.
— Нет, — он отмахнулся от меня. — Это может подождать.
— Ты истекаешь кровью! Просто позволь мне…
— Я не остановлюсь, пока ты не будешь в безопасности, — он повернулся ко мне с твердой уверенностью во взгляде. — Я позволю тебе играть в доктора, сколько захочешь, когда мы будем в хижине, но нам надо добраться туда и залечь на дно. Рамон будет в курсе разборки, что мы устроили, и обшарит всё в том доме. Он поймет, что это был я, и тогда он начнет преследовать нас, — Конрад перевел свой взгляд на залитое солнцем шоссе. — Мы должны исчезнуть.
— И что потом? — я засунула бинт обратно в сумку, при этом стукнувшись мизинцем о дуло пистолета. Я вскрикнула и отдернула руку.
Он схватил мою руку:
— Ты в порядке?
— Мне лучше, чем тебе, — я попыталась вытянуть свои пальцы обратно, но он держал крепко.
Его тон смягчился:
— Я бы с радостью позволил тебе перевязать меня прямо сейчас. Клянусь. Но я не могу.
Я откинулась обратно и стала смотреть на дорогу, исчезающую за поворотом в лесу. Разочарование кипело внутри меня, но не имело выхода.
Конрад ослабил хватку на моей руке, но по-прежнему держал её в своей.
— Я собираюсь вытащить тебя из этого дерьма. Просто тебе надо доверять мне.
— Я доверяю, — я рассматривала сильные линии его руки под украденным пальто, то, как ровно поднималась и опускалась его грудь. Рана не была смертельной для него, и Кон не собирался позволять мне помогать ему ни на чьих условиях, кроме его собственных. — Я просто хотела бы… — мне хотелось многого: чтобы мы встретились при других обстоятельствах, чтобы у меня было больше времени на то, чтобы узнать его, чтобы наши дни не были наперечет. Я вздохнула, когда нужные слова так и не сорвались у меня с языка.
— Все хорошо, — он поднес мою руку тыльной стороной к своим теплым губам и поцеловал. — Мне тоже этого хотелось бы.
Мы добрались до хижины уже далеко за полдень, ближе к вечеру. Она была расположена на окраине Уортонского государственного леса, затеряна в сосновых лесах, где густые подлески и высокие деревья определяли ландшафт. Широкий ручей растянулся за одноэтажным бревенчатым домиком и скрывался в темном лесу. Посеревшие от времени бревна и покрытая мхом крыша создавали прекрасную маскировку, и единственный способ добраться до домика пролегал по ухабистой гравийной дороге, которая превратилась в грязь в нескольких местах. Густые сосны пропускали свет в пёстром рисунке из солнечных зайчиков, но лучи совсем не согревали воздух.
Конрад развернулся и заглушил двигатель:
— Позволь мне сначала прибраться сперва, — он открыл дверь со своей стороны, вышел и рухнул на землю.
— Конрад! — я выскочила из машины и бросилась к нему.
Он перевернулся на спину на подстилке из опавшей хвои и уставился на меня удивленными глазами.
— Долбанная нога!
Его правая штанина была залита кровью, багровое пятно расползалось от колена и пропитывало серую ткань. Это было намного хуже, чем я думала.
— Мы должны провести тебя внутрь, — я упала на колени и обхватила его рукой за плечо, чтобы поднять в сидячее положение.
— Мне нужно проверить…
— Если у Рамона нет невидимого самолета в стиле Чудо-женщины, тогда я практически уверена, что он не опередил нас здесь. Здесь безопасно, — я попыталась поднять Конрада на ноги, но сумела только помочь ему кое-как привстать. Не поднять. — Мне понадобится твоя помощь.
— Я могу стоять, — он оттолкнулся здоровой ногой, и я обхватила его тело руками, чтобы помочь ему встать на ноги. Он покачнулся на меня, а его правый ботинок издал хлюпающий звук из-за натекшей крови.
— Боже, — от страха у меня заструился пот по спине. — Ты потерял так много крови!
— Со мной все будет хорошо, — он наклонялся ко мне сильнее с каждой секундой.
Я пошла вперед и потащила его за собой, пока мы не достигли трех ступенек крыльца.
— Надо было дать мне тебя перевязать и обработать еще в дороге.
— Не-а, — он попытался поставить больную ногу на первую ступеньку, но поморщился и попробовал вместо этого шагнуть здоровой ногой.
