Один пожилой мужчина остановился рядом, внимательно прочитал надпись, и, вложив в руки юноши пятидесятидолларовую бумажку, произнес: «Вы — храбрый человек». Дело начало спориться, и на душе уже становилось легче. Пару раз юноше предлагали различную еду, и он с благодарностью принимал ее. Настоящий путешественник не отказывается от еды, какой бы она не была, и когда он принимает в дар даже пищу, он тем самым одаривает своих благотворителей эмоциями людей, совершивших поистине хорошее дело. Будьте уверены, до конца дня эти люди ходили счастливые с воспоминанием того, что они смогли кому-то помочь, кому-то из другой страны, непохожему на них, и они видели его улыбку и благодарность, слетающую с его уст, и в его глазах. И больше не нужно слов, не нужно знать никакого другого языка, это всеобщий язык мира, который понимает всякая живая сущность, будь то человек или животное.
Один раз к Марку подошел молодой человек с большой сумкой, доверху набитой всякой едой и напитками, и протянул ему всю эту снедь, от чего Марк удивленно раскрыл рот. Молодой человек был счастлив, что может хотя бы так помочь юноше в его пути, и они простояли еще полчаса, разговаривая об этом. Потом уже Марк вспомнил, что видел мельком этого парня, прошедшего мимо него в толпе людей. В итоге тот накупил еды и вернулся, чтобы все это отдать. Это приятно ошеломляло.
В своей мотивации помочь ближнему своему встречаются люди, верящие в карму. Так к Марку подошел один индиец, с которым у него был разговор на эту тему, и дал ему денег. Затем был один полненький молодой непалец невысокого роста. Марк общался с ним достаточно долго о Непале, о красоте его горных пейзажей и о карме. В итоге непалец подошел к нему достаточно близко и тихо вложил в его ладонь пятьсот гонконгских долларов, очень большие деньги, и искренне пожелал юноше удачи в его пути. Марк не знал, как благодарить этого парня.
Столько удивительных, потрясающих людей, ситуаций и моментов было за этот один день, сколько не было за многие годы. Это обескураживало и вдохновляло, душа была на подъеме, и Марк черпал из всех этих людей наполненную до краев энергию добра, любви и благожелательности, как и эти люди из него. Все в этом мире есть энергия, и это один из великих обменов энергией между разными людьми, великая магия мира.
В тот день Марк простоял около восьми часов, но для него это оказалось несложно. Юноша нахватался такого количества положительных эмоций, что даже забыл о выматывающей духоте улицы. Уже был вечер, когда он собрал свой рюкзак, накинул его на плечи и пошел к неподалеку расположенному от этого места МакДональдсу. Марк быстро добрался до него и, войдя, сразу же направился в туалет. Туалетные помещения были очень узкими, как и все в этом городе в своем стремлении экономии полезной площади. Кое-как юноша с рюкзаком протиснулся в одну единственную кабинку, дверцу которой сразу же закрыл на щеколду. Опустив крышку унитаза, Марк уселся на него сверху, как на стул, поставил перед собой на пол рюкзак и живо расстегнул карман, где находились все собранные за этот день деньги. Туалеты различных кафе — лучшее место для бухгалтерского учета финансов путешественника.
Марк осторожно достал целую кипу помятых разноцветных бумажек, так что они еле вмещались в ладони. Выложил их прямо на рюкзак и принялся раскладывать купюры по их достоинству в стопки, подспудно разглаживая и выпрямляя их. С первого беглого взгляда было видно ужасающе много красных десяток, и далее по убывающей двадцаток, пятидесяток, сотен и одна купюра в пятьсот долларов от замечательного искреннего непальца, которому, Марк верил, определенно прибавилось несколько пунктов к карме.
Юноша разложил все в несколько стопок: десятки выстроились в небоскреб, далее пошли небольшие высотки из двадцаток и пятидесяток, и все закончилось парой частных домиков из сотен и фундамента из пятисотенной банкноты. Он сложил это все в одну большую гармошку по возрастанию и положил ее себе на колени. Затем вдохнул и начал считать.
Тысяча девятьсот тридцать гонконгских долларов, не считая мелочи. Здесь было чуть больше половины месячной заработной платы какой-нибудь филиппинки, работающей гувернанткой в этом мегаполисе. Марк откинулся назад и задумался, улыбаясь все шире и шире. Центр Гонконга, самое его сердце, узкий туалет МакДональдса, и он, сидящий на унитазе с закрытой крышкой с целой кучей заработанных денег на своих коленях (они были поистине заработаны, так как простоять восемь часов в духоте, постоянно играя эмоциями лица и общаясь с людьми, достаточно тяжело) — юноша чувствовал себя королем мира, и если кто-нибудь еще пару месяцев назад заявил бы ему такое, он ни за что бы не поверил, сочтя это глупой шуткой. Сейчас Марк громко смеялся, и эхо глухо отражалось от стен маленького туалета.
