Добравшись до балкона особняка Назе, я была уверена, что он сейчас лежит чуть ли не в предсмертных конвульсиях. Но, стоя на балконе его покоев, я слышала детский смех, грохот и крики людей. Сказать, что я была чуток напугана тем, что происходит внутри, ничего не сказать. Но твердо решив, что нужно понять в чем дело, набравшись храбрости, осторожно открыла прозрачную дверь балкона и обомлела от того, что тут происходило.
В комнате ужасный беспорядок, везде бегают орущие дети в домашних одеждах, девочки и мальчики. Когда перевела взгляд в сторону, увидела лежащего на спине Оскара на своей огромной кровати с балдахином, без повязки на глазах. Верхняя часть тела находилась на краю кровати, а голова чуток свисала с постели. Его волосы были заплетены в хвостики на макушке, с резинками, где аксессуарами являются розовые бусинки с бантиками. Лицо его было раскрашено неаккуратным макияжем. На нем сидел мальчик, который ему кажется разрисовывал кадык.
- Запах вечного самобичевания, смешанный с лесом? - задумчиво протянул Назе, глубже вдыхая. - Кастель, ты здесь?
Вот же подлюка! Это такой намек на то, что я нытик и зануда?
В момент все дети остановились, заметив мою застывшую фигуру у порога. Я была похожа на спалившегося вора, пришедшего за сокровищами слепого парня. Я аж вздрогнула, когда поняла, что Оскар сразу вычислил мое присутствие, даже не имея глаз.
Воцарилась мертвая неловкая тишина. Маркиз не спешил вставать и просто продолжал улыбаться. Его лицо уже стало красным от того, что он лежит вниз головой.
- Я просто решила навестить тебя, - помешкав, призналась, заходя внутрь и закрывая за собой дверь.
После моей речи дети перестали обращать на меня внимание и продолжили дурачиться. Мальчик, который разрисовывал кадык Оскару, вернулся к своему делу.
- Дальше горла не рисуй, - выдал юнцу Оскар, подняв голову на миг, а затем снова вернул свою прежнюю неудобную позу.
- Хорошо, папа! - радостно отозвался мальчик, высунув язык от усердия и старательно продолжая обводить красками шею блондина.
Папа?! Снова папа?! Его уже так называл тот мальчик перед выступлением. Здесь где-то пятнадцать детей и всех их я видела в его цирке. Это дети-дрессировщики. Но почему они называют маркиза отцом? Мне до сих пор это неизвестно.
Я просто пожала плечами, подходя к Назе, села в двух метрах от него на пол, скрестив ноги, словно просто пришла к себе домой и сейчас собираюсь изливать душу домашнему коту, в моем случае - это прирученному ворону.
Шум и грохот, которые поднимали дети, совершенно не мешали нам разговаривать.
- Давно ты стал многодетным отцом? - скептически спросила я.
- Семь лет уже, - непринужденно ответил Оскар. - Это сироты, которых я приютил с малых лет. Один из них назвал меня отцом, а остальные подхватили, - а потом еще шире улыбнулся. - Прикинь, я отец пятнадцати детей!
Наверное, он подсознательно тянется к детям, потому что детства у него своего, человеческого, не было. Маркиз, тот самый вид людей, которые хотят вернуться в детство и пережить все заново. Кажется, окружая себя этими людьми, он успокаивается и чувствует себя хорошо.
- Ты один ящик сюрпризов, - издала смешок, чем вызвала у парня недовольную гримасу.
Я подумала, что обиделся на мои слова, судя по такой реакции, но оказалось, что нет.
- Итон, не рисуй на шраме! - маленький художник надул губы, убирая кисточку. Был недоволен тем, что ему не позволили закончить свое художество.
- Я почти закончил, - пробубнил себе под нос обиженный человечек.
- Все равно, - отозвался Оскар. - Я сказал тебе шрамы не трогать, - сирота, глубоко вздохнув, принял приказ и перестал рисовать на шраме.
Остальные в нашей группе уже знали о том, что среди нас завелась подлая крыса, и пока что никто не спешил признаваться в предательстве. Интересно, а Оскар может быть тем самым предателем? Если честно, в участии Назе в этом я сомневаюсь больше всех. Как ни странно, я чувствую, что это Мэт. В последнее время он стал странно себя вести и постоянно меня затыкать. Тем более только я и близнецы имели доступ к печати Сун Ань.
- Кстати, - с любопытством начал Назе. - Как там Ноа? - виноватым голосом вымолвил он, чувствуя угрызения совести за то, что ранил товарища. Прямо душа запела, слыша тревогу в его вопросе. - Он давно не приходил сюда, - грустно дополнил он. - У меня нет человека, на которого я могу выливать весь свой накопившийся негатив от этой бренной жизни, - нет, беру свои слова назад. Он просто энергетический вампир, который обожает изводить бедного наемника. Теперь понятно, почему Ноа просил меня больше не приставлять его к Оскару. Жаловался, что у него от влияния Оскара несварение и хроническая головная боль на нервной почве.
- От тебя прячется, - просто выдала я. Если сдам Ноа, мне от него снова достанется. Как он там говорил, когда я бегала от него, не желая выслушивать его трехчасовые жалобы на болтливого Оскара: "Он из меня все соки высосал, теперь твоя очередь" ? Как-то так. В любом случае, я им не мозгоправ, чтобы терпеть их рассказы о трудной жизни. У меня тоже не сахар, но я-то молчу.