Для беглецов это было плохим знаком, ведь на зов мигом прибежала подмога. Мать Дэвида бежала через темные заросли, впереди ничего не видя. Безлунная ночь была ужасной, особенно сейчас, когда свет им был жизненно необходим. Женщина, вцепившись в руку сына, тащила его за собой. Она была намерена его спасти.
Обернувшись назад, четырехлетний Дэвид лицезрел ужасную картину. Его отец лежал мертвым, а за ними была погоня из двух стражников. Они не успеют...
Вдруг в плечо его мамы вонзилась стрела, она громко вскрикнула от острой боли и сбилась с шагу, падая на шершавую листву, ободрав ладони и колени. Тоже самое произошло и с Дэвидом, который еще и лицо разбил.
- Схватите этих! - добравшиеся до них стражники грубо схватили за волосы женщину, таща ее в сторону деревни. Мальчика, взяв за ногу, волокли вслед за родителем.
- Отпустите меня! Отпустите! - истошно кричала его мать, пытаясь оторвать руки стражи от своей шевелюры, но все было тщетно. На ее жалкие попытки освободиться мужчина даже не обратил внимание.
- Отпустите маму! Пустите ее! - тонким голосом четырехлетнего ребенка кричал Дэвид, видя, какую боль они причиняют его матери.
Впереди они увидели свет. В деревне горели ночные огни, значит их смерть близка. Поняв это, бедная женщина, наконец, решила использовать свой козырь, который передал ей уже погибший супруг.
Она вытащила нож из рукава и вонзила его прямо в спину охранника. Тот вскрикнул и убрал руки от женщины, попятился от нее, падая на землю. Мать Дэвида словно озверела и сразу набросилась на стражника с безумным выражением лица, хаотично вонзая нож в мужчину. Другой охранник, быстро среагировав и бросая на землю Дэвида, схватился за сумасшедшую гражданку. Он вытащил топор и ударил ее им по спине. Женщина громко закричала от боли.
Этот крик резал душу мальчику. Женщина быстро развернулась в сторону нападавшего и сразу пырнула окровавленный его товарищем нож ему в шею. Мальчик до сих пор не двигался с места, от шока у него онемело все тело. Он с ужасом наблюдал, как его мать в кровавом платье со спины, шатаясь, подходила к нему. Он хотел подойти и обнять ее. Но просто его тело отказывалось слушаться, он кричал самому себе: "ВСТАВАЙ! ВСТАВАЙ!"
Его израненный родитель с грустным выражением лица присела перед ним на корточки, словно извинялась за что-то.
-...Мама… - ломаный голос почти взмолился, мальчик не сдерживал слезы от вида родного человека. Он поднял руки, чтобы обнять своего человека, но внезапно она ударила его сильно по голове рукояткой ножа.
У Дэвида закружилась голова, последнее, что он увидел перед потерей сознания, как за спиной его израненной мамы появились еще три охранника. Даже зная, что за ее спиной три палача, женщина продолжала смотреть на него, улыбаясь в свете ночных фонарей родной деревни.
Его голова безвольно упала на опавшую листву. Шум, крики, шелест деревьев - все прекратилось в мгновение, и он провалился в сладкую дрему.
Когда он проснулся, в голову сразу ударил шум сотни кричащих от боли людей и въедающийся в ноздри запах сгоревшей человеческой плоти.
С тупой болью в голове Дэвид стал ползти на свет, где горел огонь и поднимался ввысь черный дым.
В темноте он на что-то наткнулся, это было что-то мягкое. Тело мертвого охранника испугало его, но не настолько, чтобы все бросить и бежать прочь. Он волновался за свою маму и думал ее вызволить из плена.
Когда он еле-еле дополз к костру, все еще прячась в кустах, то обомлел от животного страха. В огромном костре горели люди, привязанные к одному толстому столбу…
Среди них он увидел уже мертвую мать, от страха готов был закричать. Если бы не заметил стоящих рядом с ним в стороне двух аристократов со светлыми волосами, сзади которых находилась вся стража.
Одному их этих двоих было на вид двенадцать лет. Вокруг его ореола клубилась тяжелая тьма, пугая окружающих. Он не был похож тогда на человека, скорее - на чудовище с блестящими глазами, в которых сверкало безумие, смешанное с удовольствием.
- Идиоты! Я же сказал, что вернусь и сожгу ваши мерзкие тела! - радостно взревел этот человек, оскалившись, как лишенный разума. Он смеялся, как умалишенный, и этот странный смех заставлял сердце Дэвида сжиматься от ужаса.
Граждане продолжали кричать, срывая голосовые связки в агонии.
Стоящий за спиной высокий светловолосый парень, сложив руки на груди, смотрел скучающе на ребенка. В отличие от него, Дэвиду показалось, что этому парню все равно на смерть людей. Белая змея, спокойно находящаяся на его шее, вызывала в нем недоумение.
От дыма Дэвид закашлял, но быстро прикрыл рот рукой, испытывая небывалое потрясение. Его кашель по-любому заметил этот чокнутый. Фиолетовые глаза беловолосого поймали его, прячущегося за кустами. Они встретились глазами, но на лице этого парня не дрогнул ни один мускул, а вот другой аристократ всерьез повернул голову в сторону неизвестного шума. Сейчас его поймают и тоже сожгут.
Взгляд безумных очей почти поймал его, если бы высокий любитель змей не сделал бы шаг, загораживающий сторону беглеца.