— Как ты узнал? — спросила Тиа, не поднимая головы от планшета и что-то быстро печатая. — Про Поляризацию?
Я шагнул в комнату:
— Ты еще что-то выяснила? О ее прошлом?
— Я только что раскопала правду о ее дедушке с бабушкой, — кивнула Тиа. — Они пытались ее убить.
— Печально, но…
— Они подсыпали отраву ей в напиток.
— «Юпи»?
— Что-то вроде того, — сказала Тиа. — Дедушка с бабушкой увлекались религиозными культами и старыми легендами. Странная пара. Неудавшееся убийство они пытались скопировать со случившейся ранее трагедии в Южной Америке. Важнее всего, что Поляризация — вернее, Эмилина — была уже достаточно взрослой, чтобы понять, что ее отравили. Когда у нее стало жечь горло и рот, она выбралась на улицу, и какой-то прохожий отвез ее в больницу. Много лет спустя она стала эпиком, и ее слабость…
— То же, что едва ее не убило, — возбужденно закончил я. — Здесь явно есть связь, Тиа.
— Возможно, случайная.
— Ты сама в это не веришь, — заметил я. — Да и как иначе? Еще одна связь, настоящая — вроде Митоза, но куда более многообещающая. Неужели все слабости эпиков связаны с тем, что едва их не убило?
«Но как могла едва не убить парня рок-музыка?» — подумал я.
Может, какой-то несчастный случай во время гастролей? Нужно было разузнать поподробнее.
— Думаю, случайное совпадение вполне возможно, — сказала Тиа, посмотрев на меня. — Но мне все же кажется, что этим стоит заняться. Неплохая работа. Как ты догадался?
— Должна же тут быть хоть какая-то логика, Тиа, — ответил я. — Способности, слабости, эпики… оказавшиеся избранными.
— Не знаю, Дэвид, — покачала головой Тиа. — Есть ли вообще этому разумное объяснение? В древности, когда случалось стихийное бедствие, все пытались найти ему причину — чьи-то грехи, гнев богов. Но у природы могут быть свои причины, и далеко не всегда те, что нам хотелось бы.
— Но ты ведь все равно этим займешься? — спросил я. — По крайней мере, очень похоже на Митоза. Может, удастся найти связь между Стальным Сердцем и его слабостью. Ему мог причинить вред лишь тот, кто его не боялся. Возможно, в прошлом его едва не убил кто-то, кого…
— Займусь, — прервала меня Тиа. — Обещаю.
— Похоже, ты сомневаешься, — настаивал я. С чего вдруг такой скептицизм? Это же просто здорово! Настоящая революция!
— Я думала, с этим покончено. В первые годы лористы потратили немало времени, пытаясь найти связь между слабостями эпиков. Мы решили, что ее не существует. — Она немного помолчала. — Хотя, полагаю, тогда были тяжелые времена — сложности со связью, развал правительства. Тогда мы совершали и другие ошибки, — боюсь, некоторые наши решения были чересчур поспешны, — вздохнула она. — Попробую покопаться поглубже, хотя, во имя Напасти, у меня сейчас просто нет времени из-за всей этой истории с Регалией.
— Могу помочь, — предложил я, делая шаг ей навстречу.
— Знаю, что можешь. Буду держать тебя в курсе.
Я остался стоять, не желая так легко сдаваться.
— Ты свободен, Дэвид.
— Я…
— Люди, с которыми я работаю, крайне скрытные, — прервала меня Тиа. — Я намекала им, чтобы тебе разрешили к нам присоединиться, но лишь при условии, что ты откажешься от оперативной работы. Имея доступ к нашим знаниям, ты не можешь рисковать попасть в плен и подвергнуться допросу.
Я разочарованно застонал. Мне очень хотелось познакомиться с лористами Тиа. Но и от своей работы отказываться я не собирался — предстояло убить еще немало эпиков. Впрочем, на мой взгляд, лористом мог стать только фанатик.
Вздохнув, я вернулся в коридор. Проблема, увы, оставалась прежней — чем заняться? Тиа не допускала меня к своим исследованиям, а Вэл вообще не желала меня видеть.
Кто бы мог подумать, что жизнь на прекрасной подводной базе окажется такой скучной?
Я медленно пошел в сторону своей комнаты. В коридоре было тихо, не считая эха доносившихся из темноты звуков, напоминавших звяканье микроволновки, завершившей приготовление пиццы. Пройдя мимо своей, я в конце концов добрался до комнаты Экселя. Дверь была широко распахнута, стены внутри целиком увешаны плакатами с изображениями интересных зданий. Любитель архитектуры? Вряд ли можно было предположить что-то подобное — впрочем, об Экселе трудно было предположить что-либо вообще.
Сам он сидел в большом кресле возле столика, на котором лежал какой-то старомодный агрегат. Кивнув мне, он продолжил возиться с лежавшим перед ним устройством, издававшим жужжащие звуки.
Впервые почувствовав, что меня хоть где-то ждут, я вошел и уселся рядом с ним.
— Радио? — спросил я, когда он повернул ручку.
— А точнее, сканер, — ответил он.
— Это что такое?
— С его помощью я могу искать радиосигналы, в основном местные, и пытаться их услышать.
— Как-то… старомодно, — сказал я.
— Не настолько, как тебе кажется, — ответил он. — На самом деле это не радио, а всего лишь пульт управления. Мы находимся слишком глубоко под водой, и хороший сигнал отсюда не поймать. Настоящее радио наверху.
— Все-таки радио? — Я дотронулся до нового мобильника. — У нас есть кое-что получше.
