Я прекрасно мог понять, почему людей так интересует Светозар. Кем бы он ни был, Новилон не мог без него существовать. Но, судя по имеющимся сведениям, в городе он появился задолго до Регалии. Неужели это правда и на свете жил эпик, столь благожелательный к людям? Эпик, который не убивал и даже не властвовал, но обеспечивал пищу и свет? Кто он, создавший рай в зданиях старого Манхэттена?
— Эксель, — спросил я, отрываясь от заметок, — ты ведь уже давно тут?
— С тех пор, как Проф приказал нам внедриться, — ответил толстяк.
— Как думаешь, Светозар — реальная личность?
Постучав карандашом по столу, он отложил его и взял с пола рядом с креслом пакет апельсиновой газировки. При наличии связей ее можно было заказать из Шарлотты, как и колу. Там обитал эпик, который по-настоящему любил газировку и платил за поддержание в должном порядке завода по ее производству.
— Ты видел мои заметки, — сказал Эксель, кивая на листок в моих руках. — Эта страница — лишь одна из многих. Я отслеживал упоминания о Светозаре с тех пор, как здесь появился. Он настоящий. Слишком многие о нем говорят, чтобы утверждать обратное.
— Многие говорят и о Боге, — заметил я. — Или говорили раньше.
— Потому что Он тоже настоящий. Ты, как я понимаю, не веришь?
В этом я сомневался. Пошарив под рубашкой, я достал подарок Абрахама — кулон в форме стилизованной буквы «S», символ верующих. Во что верил я? В течение многих лет моей религией являлась смерть Стального Сердца. Я поклонялся этой цели столь же страстно, как древний монах — Богу в своем монастыре.
— Что ж, я никогда не считал себя миссионером, — сказал Эксель, — и, думаю, о Боге мы можем поговорить как-нибудь потом. Но что касается Светозара, я уверен, что он настоящий.
— Местные жители поклоняются ему, словно Богу.
— Ну, может, они в чем-то и сумасшедшие, — заметил Эксель, беря пакет, — но, по крайней мере, они вполне мирные. Тем лучше для них.
— И Светозар тоже мирный?
— Похоже на то.
Поняв, что не могу больше ходить вокруг да около, я наклонился к нему:
— Эксель, как думаешь — эпики могут быть хорошими?
— Конечно могут. Все мы обладаем свободой воли. Это наше божественное право. — (Я задумчиво откинулся на спинку стула.) — Вижу, ты со мной не согласен.
— На самом деле согласен, — ответил я. Мне приходилось верить, что эпики могут быть хорошими, — ради Меган. — Я пытаюсь найти способ привлечь некоторых эпиков на нашу сторону, но Проф считает меня дураком. — Я провел рукой по волосам. — Иногда мне кажется, что он прав.
— Джонатан Федрус — великий человек. И мудрый. Но я как-то раз видел, как он повелся на блеф в покере, так что у нас есть эмпирическое доказательство, что он все же не всеведущ. — (Я улыбнулся.) — Думаю, наша цель вполне достойна, Сталеубийца. — Эксель выпрямился и посмотрел мне в глаза. — Вряд ли нам удастся победить эпиков своими силами. Возможно, все, что требуется миру, — чтобы несколько эпиков открыто выступили против других. Ничего такого, во что верят верующие, никакого мистического пришествия благословенных эпиков-ангелов. Хватит всего лишь одного или двоих, которые готовы заявить: «Так не должно быть». Если все, включая эпиков, будут знать, что есть и другой вариант, — возможно, это многое изменит.
— Спасибо, — кивнул я.
— За что спасибо? За то, что поделился своим мнением?
— Вроде того. Мне нужно было с кем-то поговорить. Тиа слишком занята, а Вэл, похоже, терпеть меня не может.
— Нет, ты просто напоминаешь ей о Сэме. Спирил ведь его творение.
Что ж, пожалуй, разумно. Хотя и не вполне честно.
— Я…
— Погоди секунду. — Эксель поднял руку. — Послушай.
Я уставился на радио, сосредоточенно пытаясь разобрать слова. Во время нашего разговора постоянно слышались помехи, но я не догадывался, что на их фоне звучит едва слышная речь.
«…угу, я его видел, — сказал чей-то голос. — Он просто сидел на крыше в Черепашьем заливе».
«Он что-нибудь делал?» — сквозь треск помех спросил другой голос.
«Не-а, — ответил первый. — Просто сидел с закрытыми глазами, обратив лицо к небу».
«Уходи оттуда, Майлс, — испуганно проговорил второй. — Он опасен. Пару недель назад убил кучу народа».
«Угу, — сказал первый. — Но зачем он там все-таки сидит?..»
Эксель оторвался от радио и посмотрел мне в глаза.
— Разрушитель? — спросил он.
Я кивнул, чувствуя, как подступает комок к горлу.
— Ты догадывался, что он будет делать, — сказал Эксель. — Неплохо.
— Я был бы рад ошибиться, — ответил я, отодвигая стул и вставая. — Мне нужно найти Профа.
Разрушитель начал накапливать солнечную энергию — так же как в Хьюстоне, Альбукерке и Сан-Диего.
Если я был прав, следующего его шага город мог не пережить.
Я нашел Профа в комнате для совещаний со стеклянной стеной. Вода сегодня была чище, чем в прошлый раз, когда я тут был, и вдали виднелись темные прямоугольные тени зданий — призрачная подводная линия горизонта.
Проф в своем черном халате стоял, заложив руки за спину, и смотрел в прозрачную глубину.
— Проф? — спросил я, поспешно входя в комнату. — Эксель только что расшифровал разговор. Кто-то заметил Разрушителя. Он накапливает энергию.
