Ньютон пронеслась мимо, и ее меч, высекая искры, ударился о крышу в том месте, где я только что лежал. Оказавшись на краю крыши, вплотную к которой примыкала еще одна, она остановилась — что выглядело весьма эффектно. Насколько я мог понять, она сбросила скорость, выставив вперед руку и упершись ладонью в стену соседнего здания, которому передалась вся ее энергия, полностью нарушая законы физики, что для эпиков было обычным делом. Стена взорвалась, превратившись в пыль и обломки кирпичей.
Развернувшись ко мне и бросив сломанный меч, Ньютон выдернула из ножен на поясе еще один. Крутя его в руке и не сводя с меня взгляда, она осторожно двинулась мне навстречу. Щупальца Регалии продолжали окружать здание, нависая сверху наподобие купола. Эта крыша была заброшена, и в воде вокруг отражались разноцветные граффити. Вода начала переливаться через край крыши, затопив ее на три-пять сантиметров, и рядом с Ньютон возникла фигура Регалии.
Я достал пистолет и выстрелил, хоть и понимал, что это бессмысленно. Но делать что-то было нужно, а спирил лишь фырчал и плевался, когда я попытался его запустить, — теперь отказались работать уже оба сопла. Пули отскочили от Ньютон и с легким плеском ударились о смыкающийся водяной купол. Ньютон наклонилась, опершись о землю и готовясь сорваться с места, но Регалия подняла руку, останавливая ее.
— Мне хотелось бы знать, — сказала она мне, — как ты не стал эпиком.
С трудом поднявшись на ноги, я посмотрел по сторонам в поисках выхода. Водяной купол Регалии полностью покрыл затопленную крышу, с которой тянулись ко мне новые щупальца, пытаясь схватить. В отчаянии я направил на одно из них водолуч и попробовал запустить спирил. Сопла на ногах не работали, но, к счастью, сработало сопло на перчатке. Я сумел всосать щупальце, а потом выстрелил воду в другую сторону. Так же я поступил и со следующим, потом еще с одним, а затем, отскочив назад, начал обстреливать водой Ньютон. Естественно, вода от нее отскакивала, но, похоже, ее это раздражало. Ко мне тянулись все новые щупальца, но я всасывал каждое из них, выстреливая в Ньютон очередной поток воды.
— Прекрати! — взревела Ньютон. Снизу поднялась целая сотня щупалец — с таким количеством щупалец справиться я уже не мог. А потом они вдруг начали опадать.
Удивленно моргнув, я посмотрел на Регалию, которая, похоже, была ошеломлена не меньше меня. Из воды вокруг поднималось нечто иное. Растения?
Корни. Древесные корни. Они с чудовищной быстротой вырастали вокруг, жадно всасывая воду из любого источника, какой только могли найти. Меня оберегал Светозар. Я снова взглянул на Регалию и улыбнулся.
— Опять он за свое, — вздохнула Регалия, скрестив на груди руки и глядя на Ньютон. — Кончай с этим.
В мгновение ока Ньютон превратилась в размытое пятно.
Убежать я от нее не мог. Причинить ей какой-либо вред — тоже.
Оставалось лишь рискнуть.
— Ты прекрасна, Ньютон! — заорал я.
Пятно вновь превратилось в женщину, у ног которой извивались растения. Она уставилась на меня, поджав губы и широко раскрыв глаза. Меч в ее руке дрогнул.
— Ты чудесный эпик, — продолжал я, поднимая пистолет.
Она попятилась.
— И за это тебя постоянно хвалят Разрушитель и Регалия, — сказал я. — Уж явно не потому, что комплименты — твое слабое место.
Вот почему Ньютон позволяла своей банде вести себя столь буйно и непокорно — ей не хотелось, чтобы кто-то из них случайно ее похвалил.
Ньютон повернулась и побежала.
Я выстрелил ей в спину.
Меня затошнило, когда я увидел, как она падает ничком на заросшую растительностью крышу. Но по сути, я был убийцей. Да, я убивал во имя справедливости, уничтожая лишь тех, кто того заслуживал, но в конечном счете я был убийцей. Если надо — я готов был стрелять в спину.
Подойдя к Ньютон, я всадил еще две пули ей в череп — просто для надежности. Затем я посмотрел на Регалию, которая все так же стояла, скрестив руки, посреди растущей вокруг флоры: ростки превращались в деревья, на ветвях и лианах созревали плоды. По мере того как Светозар поглощал воду, из которой состояла проекция Регалии, ее фигура становилась все меньше. Водяной купол распался, пролившись дождем на меня и крышу.
— Похоже, я слишком распускала язык, наказывая Ньютон, — сказала Регалия. — Что ж, я сама виновата, что выдала ее слабость. Ты по-настоящему начинаешь меня утомлять, мальчик.
Я поднял пистолет и нацелил его в голову Регалии.
— Оставь, — бросила она. — Сам знаешь, что не сможешь ничего мне сделать.
— Я пришел за тобой, — тихо сказал я. — И я намерен убить тебя до того, как ты убьешь Профа.
— Вот как? — огрызнулась Регалия. — Ты хоть понимаешь, что, пока ты тут прохлаждался, план мстителей уже стал реальностью? Что твой обожаемый Джонатан Федрус убил ту, кого ты любишь?
Меня охватил ужас.
— Он воспользовался ею как приманкой, чтобы завлечь меня, — продолжала Регалия. — Доблестный Джонатан убил ее, пытаясь заставить меня появиться. Что я, естественно, и сделала. Так что свои данные он получил, и его команда сейчас штурмует мое предполагаемое убежище.
— Врешь!
— Да? — усмехнулась Регалия. — Запах чувствуешь?
