Глубоко вздохнув, я шагнул вперед, отталкивая провода в сторону стволом винтовки. За ними оказался уходивший круто вверх узкий туннель, по которому пришлось бы ползти. Я оглянулся на Коди.
— Там безопасно, — пообещал он.
Я не знал — то ли он послал меня первым, поскольку не до конца доверял, то ли ему просто хотелось посмотреть, как я извиваюсь в туннеле. Впрочем, сейчас было не время спрашивать или отступать, и я пополз.
Туннель был настолько узок, что я всерьез беспокоился за целостность прицела висевшей у меня за спиной винтовки. Я взял ее в правую руку, но от этого мое продвижение стало еще более неуклюжим. В конце туннеля виднелся неяркий свет, и когда я до него добрался, у меня основательно болели колени. Чьи-то сильные пальцы ухватили меня за левую руку, помогая выбраться. Абрахам. Негр переоделся в армейские брюки и зеленую майку, открывавшую мускулистые руки. На шее поверх майки у него висел маленький серебряный кулон, которого я раньше не замечал.
Помещение, в котором я очутился, оказалось неожиданно большим: в нем без труда могла поместиться вся команда вместе со снаряжением и несколькими спальными мешками. Прямо из пола вырастал большой металлический стол, а также скамейки у стен и табуреты вокруг стола.
«Ее вырезали прямо на месте, — понял я, глядя на стены. — Сделали эту комнату с помощью тензоров. Вместе с мебелью».
Ошеломленно озираясь, я шагнул в сторону, позволяя Абрахаму помочь выбраться из туннеля Меган. Две двери вели в другие помещения, поменьше. Комнату освещали фонари, а по полу тянулись надежно закрепленные провода, уходившие в еще один узкий туннель.
— У вас есть электричество? — спросил я. — Откуда?
— От старой линии подземки, — ответил Коди, выбираясь из туннеля. — Ее построили наполовину, а потом бросили. Тут даже Стальное Сердце не знает всех закоулков и тупиков.
— Лишь еще одно подтверждение, что землекопы свихнулись, — сказал Абрахам. — Порой их поведение невозможно объяснить. Мы нашли полностью отрезанные от мира помещения, где внутри годами горел свет. Repaire des fantômes[2].
— Меган говорит, — сказал Проф, выходя из соседней комнаты, — что вам удалось забрать информацию, но… Скажем так, несколько необычным способом.
Пожилой, но крепкий, он все так же был одет в черный лабораторный халат.
— Это уж точно! — бросил Коди, вешая винтовку на плечо.
— Что ж, — усмехнулся Проф, — посмотрим, что ты раздобыл, прежде чем я решу, наорать на тебя или нет.
Он потянулся к рюкзаку в руке Меган.
— Я могу и сам… — начал я, шагая к ней.
— Сядь, сынок, — велел Проф, — а я пока взгляну. Внимательно. А потом поговорим.
Голос его был спокоен, но я понял намек и уныло сел за стальной стол, пока остальные, собравшись вокруг рюкзака, копались в моей жизни.
— Ого, — сказал Коди. — Если честно, парень, я думал, ты преувеличиваешь. Но ты и впрямь крут.
Я покраснел, продолжая сидеть на табурете. Открыв мои папки, они разложили их содержимое на столе, затем перешли к блокнотам, передавая их друг другу и тщательно просматривая. Наконец Коди потерял к ним интерес и сел рядом со мной спиной к столу, опираясь на него локтями.
— Я поставил себе задачу, — ответил я. — И решил выполнить ее как следует.
— Впечатляюще, — сказала Тиа, которая сидела на полу, скрестив ноги.
Она переоделась в джинсы, но осталась в той же блузке и блейзере. Столь же идеально уложенными оставались и ее коротко подстриженные рыжие волосы. Тиа взяла один из моих блокнотов.
— Информация организована примитивно, без использования стандартной классификации. Но она исчерпывающа.
— А что, есть стандартная классификация? — спросил я.
— Несколько разных систем, — ответила она. — Похоже, у тебя тут есть несколько общих терминов, вроде «высших эпиков» — хотя я лично предпочитаю систему уровней. Но в других местах ты придумал кое-что интересное. Кое-какая твоя терминология мне нравится, вроде
— Спасибо, — смущенно пробормотал я.
Конечно же, существовали различные способы классификации эпиков, просто мне не хватало образования — или ресурсов, — чтобы о них узнать, и я придумал свои.
Удивительно, насколько просто это оказалось. Конечно, встречались и отклонения — например, «странные эпики», чьи способности не вписывались ни в какую классификацию, — но у подавляющего большинства этих монстров проявлялись схожие черты. У каждого имелись свои особенности вроде мерцания иллюзий Рефракции, но главные способности часто во многом совпадали.
— Объясни мне вот это, — сказала Тиа, беря другой блокнот.
Чуть помедлив, я соскользнул с табурета и уселся рядом с ней на пол. Она показывала на пометки, которые я сделал внизу записи об особенном эпике по имени Башня Силы.
— Это мой знак Стального Сердца, — сказал я. — Башня Силы обладает той же способностью, что и Стальное Сердце. За такими эпиками я наблюдаю особенно тщательно. Если их вдруг убьют или выяснятся лимиты их силы, мне хочется об этом знать.
Тиа кивнула.
— Почему ты не объединил ментальных иллюзионистов с фотонными манипуляторами?
