– С возрастом сила увеличивается. По моим личным ощущениям: в учёт идёт каждый прожитый год. Я намного сильнее, чем был десять лет назад. Определяю это по тому, сколько прикладываю энергии для того, чтобы раскрошить собственный металл.
Я нервно сглотнула:
– Кто из известных тебе Металлов самый старший?
– Я.
Я едва не выдохнула от испытанного в этот момент облегчения, но удержалась:
– Между тобой, Беорегардом, Теоной и Кармелитой разница обращения совсем невелика, но… Разве не на Камчатке появились первые Металлы?
– Первых людей, успешно обращённых в Металлов, камчатские учёные-сектанты уничтожили. Гораздо позже они создали “вторую партию” подопытных Металлов. Металлы Рудника – Титан, Рутений, Родий и Лантан, – на данный момент считаются самыми старшими из ныне живущих.
– Сейчас?..
– Мы не знаем, были ли в мире ещё эксперименты по созданию Металлов и, если были, какие результаты они выдали. Имеются подозрения о том, что вакцина могла быть не только у русских, но подтверждений тому мы так и не нашли. Впрочем, не только возраст влияет на силу Металла. Пару раз я видел, как Металл младше был сильнее Металла старшего. Физическая сила – не всё, что есть у Металлов.
– Дары… – я почти прошептала.
– Именно. Ты знаешь некоторые из них.
Мои брови сдвинулись к переносице:
– У Добромира пророческие сны. У Купавы избирательная хроносенсорика, действующая только на металлических предметах. Я видела, как она одним лишь прикосновением к металлу может считывать с него информацию: где, как и кем предмет был создан и даже кто его когда-либо касался. У Данко также тактильный дар: он может за считанные секунды нагреть всё, к чему прикоснётся… – я запнулась. – Я не знаю дара Лады… И даров остальных Металлов, – и снова ком встал поперёк горла. Сколь многое я не знаю о своих близких? Я выросла в семье Металлов, но о том, что они наверняка обладают некими уникальными дарами, узнала лишь тогда, когда сама стала одной из них, и то до сих пор не знаю, кто чем владеет… Металлы не по-человечески умеют хранить тайны. Стоит мне так подумать, как Тристан, словно прочитав мои мысли, произносит:
– Металлы не распространяются о том, какой они металлической принадлежности и каким даром обладают. Эти две тайны – их преимущество перед потенциальными врагами. Если противник не знает, что ты Титан – титановая пуля не пронзит твоё сердце. Если твой противник не знает, что ты умеешь видеть вещие сны – он не будет ждать того, что ты можешь предвидеть его действия.
– Ты часто предугадываешь мои мысли…
– Случайность, связанная с феноменом неразлучников: я просто
– Кхм… Какие дары у остальных?
– У Лады левитация…
– То есть…
– Она может парить над землёй.
– Вау, – я почти восторженно удивилась. – Она не пользуется своим даром.
– Пользуется, как и все Металлы – редко.
– Остальные?
– У Кармелиты камуфляж. Она может сливаться с обстановкой, но полноценному применению дара мешает одежда. А так как она не фанатка нудизма, и у неё нет необходимости в том, чтобы маскироваться в Руднике, она свой дар не использует. Я лишь один раз видел его в действии: она специально для демонстрации заставила свою руку “слиться” с поверхностью стола.
– Я даже не знала о её даре…
– Я тоже не знал. Дары не то, что проявляется сразу. У некоторых на выявление своего дара уходят годы и даже десятилетия. Добромиру быстро открылся его дар, Купаве потребовался год после своего обращения, Данко узнал о своём даре только спустя четыре года, а Ладе и вовсе понадобилось пять лет и одно падение со скалы. Кармелита открыла свой дар менее полугода назад, когда тебя не было в Руднике. То есть прошло почти полтора десятилетия с момента её обращения в Лантан…
– Она рассказала тебе о своём даре, но не мне…
– Я спросил, а ты нет.
– Какие дары у Беорегарда и Теоны, и как давно они открыли их?
– Теона открыла свой дар в один год с Беорегардом – в третий год их совместной металлической жизни. Она может считывать информацию о человеке одним лишь своим касанием, но с тем условием, что касание должно длиться от двенадцати секунд и дольше – её дар активизируется, начиная именно с двенадцатой секунды прикосновения. Речь идёт о прошлом, настоящем, будущем объекта, которого она касается ладонью, а порой, когда объект ментально не силён, и о его мыслях в текущем моменте.
– Удивительно… Я уверена в том, что она никогда не касалась меня надолго. Не могу вспомнить, чтобы наши объятия длились дольше десяти секунд, – я на металлической скорости стала отматывать все воспоминания о прикосновениях Теоны ко мне, и, к своему удивлению, не видела в них длительных периодов…
