– Да, нет… Насчет переодеваний он несильно сопротивлялся. Не дурак же, понимает важность момента, – слегка расслабился Вик, почесав затылок. – Проблема была в другом.
– В чем? – спросила я, а после взгляд упал на лоб Вика, и тут я все осознала: – Рога? – округлила я глаза в ужасе, стремительно обернувшись на Нору, который сжался в комочек на матрасе и продолжал подвывать, точно его реально недавно невинности лишили.
Вик скорбно кивнул и опечаленным тоном произнес:
– Это был единственный выбор. Никакая маскировка не помогла бы, если мы не могли скрыть рога. Потому пришлось их… отломать.
Я вздрогнула и сочувственно нахмурилась, вспоминая, что по канону рога для демонов были не менее важны, чем остальные части тела, а то и важнее, ведь символизировали собой власть и силу: чем больше и внушительнее – тем более сильным считался демон. Для них потерять рога было страшнее, чем лишиться жизни, потому то, чтобы демон добровольно отказался от них, считалось практически нереальным.
– Они… восстановятся? – спросила я с надеждой, думая, где в этом мире раздобыть суперклей, если ответ будет неутешительным. Нору было искренне жаль.
– Да, но потребуется много времени, – немного успокоил меня Вик. – Прежнюю пару Нора растил всю жизнь, чтобы восстановить былую длину понадобится столько же времени, – добавил Вик, что было равносильно приговору и лишь подтвердило необходимость в суперклее. – Сейчас важно другое. Будем придерживаться версии, что это – моя сестра, которую по моей рекомендации ты взяла к себе горничной, – указал он пальцем на обесчещенного демона.
– Полагаю, с этим уже ничего не поделаешь… – вздохнула я печально, смотря на рыдающего и икающего Нору и понимая его переживания. Но тут послышался голос Артура:
– Черт, долго она еще прикажет себя ждать? Идите и поторопите ее, пока я сам не выволок ее. Где это видано, заставлять ждать принца из-за какого-то платья? Она меня совсем ни во что не ставит? – капризничал принц.
Мы с Виком снова переглянулись, а после в четыре руки сгребли Нору с постели за волосатые лодыжки и продолжили его наряжать, понимая, что на промедление нет времени: Вик спешно познавал тонкости маникюра, работая садовыми ножницами и лишая демона еще и когтей, а я взяла на себя роль парикмахера, думая, как лучше всего обыграть обломки рогов и скрыть острые кончики ушей.
Так как действовали мы наспех, ни о какой аккуратности и речи не было, потому Нора, помимо уже утерянного, рисковал остаться лысым и беспалым, лишь жалобно всхлипывая и поскуливая в процессе.
Волосы я заплела в тугую косу, отчего выражение лица Норы было испуганно-удивленным из-за натянутого скальпа, поверх повязала косынку. прикрыв уши, и отошла на два шага, чтобы оценить результат.
Нора – как любой другой мало-мальски важный персонаж, был красив сам по себе, потому его миловидность играла нам на руку, но я все же решила подстраховаться косметикой, так как последствия недавней истерики отпечаталась на опухшем и покрасневшем лице, точно того осы покусали.
Пока Вик спешно напихивал в вырез платья различных тряпок, я колдовала с доступной мне косметикой. Вик тряпок не жалел, чтобы компенсировать мужеподобные широкие плечи, потому бюст получился весьма… внушительным. На его ногу женской обуви не нашлось, так нам ничего не оставалось, как смириться с мужскими сапогами, которые кокетливо выглядывали из-под короткого подола.
Чтобы прикрыть героически стойкие швы платья, поверх повязали белый передник, в котором еще утром Вик готовил завтрак.
Отойдя на пару шагов, чтобы перевести дух и оценить проделанную работу, мы с Виком критично осмотрели обновленный вид Норы, который прочно ассоциировался у меня с образом каноничной доярки колхоза с помесью «Марфушеньки-душеньки», а красный шарф, повязанный с целью прикрыть кадык, синие тени до накрашенных черным бровей, красные губы и румяные, словно намалеванные свеклой щеки, только усиливали эффект.
– А неплохо, – вынесла я вердикт тоном знатока. Вик кивнул, а вот Нора был с нами не согласен:
– Издеваетесь? – огрызнулся он, чем невольно напомнил про очередную проблему: баритон.
Мы с Виком поняли все без слов, потому кивнув друг другу, каждый взялся за дело: Вик зашел за спину Норы, чтобы зафиксировать его на месте, а я схватилась за брошенную недавно биту.
– Вы это, чего задумали? – занервничал Нора, некстати делая голос от волнения еще более грубым и низким.
– Прости, друг, но мы зашли слишком далеко, чтобы попасться на лжи из-за твоего голоса. Надеюсь, ты поймешь, что делаем это только ради выживания, и простишь нам, – скорбно, с чувством мужской солидарности и скупой мужской слезой на щеке, произнес Вик, зажмурившись, пока я прицеливалась.
– Мы будем помнить твою жертву, – поддавшись атмосфере, всхлипнула я, сдерживая слезы и надеясь, что неженатый Нора успел обзавестись за жизнь хотя бы бастардом, о котором ему неизвестно.
