– Стоп. Стоп! Стоп!!! – весьма натурально завизжал Нора, выставляя руку вперед и прикрывая коленом свое причинное и дорогое. – Я… я буду притворяться немым! – заявил он. – У меня все равно еще клыки есть, чтобы их скрыть, я просто молчать буду, притворившись, что не умею разговаривать, – внес он вполне дельное предложение.
Мы с Виком переглянулись, задумчиво помолчали, а после кивнули, признавая предложение рабочим. К тому же искать щипцы или напильник, чтобы еще и от клыков избавляться, было некогда.
– Мы больше не можем задерживаться, – заметил Вик, когда ругань принца стала приближаться. Я согласилась, но в последний момент, прежде чем эти двое покинут мою комнату, задала внезапный даже для меня вопрос:
– Подожди, раз рога вы спилили, зачем было переодеваться в женщину? Можно же было его и братом представить? – задумчиво нахмурилась я, встретившись взглядом с Виком, который замер и призадумался. Нора тоже внезапно затих.
– Что? – переспросил Нора.
– Что? – ответила я тем же.
– … – многозначительно промолчал Вик, воровато отводя взгляд.
Комната погрузилась в напряженное молчание.
***
– Значит… это – твоя горничная? – с большим скепсисом, который даже не пытался скрыть, вопросил принц, поглядывая на Нору с опаской. Оно и понятно, ведь новопреставленная сестра моего «возлюбленного» немногим уступала последнему в комплекции. А своим бюстом и вовсе убить могла при неудачном повороте.
– Да, ее зовут… – задумалась я, решив, что героям может быть известно имя правой руки Владыки демонов, и перефразировала. – Элеонора. Или просто Элен, – расплылась я в улыбке. – Так же она является родной сестрой Вика. Правда, похожи? – спросила я, на что присутствующие с энтузиазмом принялись сравнивать, но, как ни посмотри, общего в этих двоих было лишь комплекция. Ко всему прочему, за косметикой разобрать черты лица Норы было проблематично, потому за неимением других схожих черт, кроме фигуры, все нехотя согласились, что, мол, да, похожи, если закрыть один глаз рукой, а второй прищурить и зайти в темную комнату.
На щеках новоиспеченной «Элен» заходили желваки от очередного унижения, но делать нечего, потому моя «горничная» вежливо поклонилась, приветствуя знатных гостей. После недавнего конфуза, вызванного моим вопросом, чтобы немного утешить пострадавшего Нору, нам с Виком пришлось спешно придумывать оправдания, потому пришли к мнению, что выставить Нору женщиной будет менее подозрительно, нежели показывать, что я проживаю с двумя матерыми мужиками в одном доме. Вроде как и мою репутацию сохраним, и лишние подозрения отведем. На том и порешили, тем более, что на переодевание времени уже не было.
– Но почему она до сих пор молчит? Это грубо, – поинтересовалась Люсиль, словно приклеенная к принцу, что тоже считалось грубостью по правилам приличия. Но кому какое дело, раз уж дело касается главных героев, да?
– Мне очень жаль, пожалуйста, не злитесь на мою сестренку, – вежливо попросил Вик. – Она вовсе не пытается вас оскорбить, однако, из-за несчастного случая много лет назад утратила способность разговаривать и с тех пор молчит.
– Не только страшная, как горилла, но и калека, – послышалось от одного из солдат. На удивление Артур комментировать внешность Норы не стал, хотя от него я критики ожидала в первую очередь.
– Зато какая грудь… – протянул кто-то мечтательно и с уважением.
– Это очень грубо! – вступилась Люсиль, как и все, услышав нелестное замечание, чем оправдала свою добродетельную репутацию. – Проявите уважение. Вы представляете Его Высочество. Что о нем подумают, если вы продолжите так себя вести? – отчитывала она солдат и, вроде бы, говорила все верно, но при внимательном рассмотрении я успела заметить, как в это время она поглядывала на принца, который оценил ее вмешательство, что сводило ее искренность к нулю. А ведь я почти обманулась…
Наша нежная «сахарная вата» раскрывалась сегодня мне все с более разных сторон, что не могло не напрягать.
– Что и ожидалось от моей невесты, ты такая чуткая, что готова защитить любого, несмотря на статус, – заявил он с гордостью, показательно приобняв смущенную похвалой девушку за плечи.
К горлу подкатил очередной рвотный позыв, который я сдержала. Как ни удивительно, выражение брезгливости Вика и Норы были идентичны моему.
– Прошу прощения за грубость моих солдат, после я обязательно проведу воспитательные беседы, – без капли искренности заявил Артур, когда понял, что вновь отклонился от темы, сосредоточившись на делах сердечных не в том месте.
– А, да, конечно, – кисло улыбнулась я. – Доверимся вам, Ваше Высочество.
– Но почему ты представляешь ее только сейчас? – потребовал ответа Артур.
