— Тебя за это сюда посадили? — Немного успокоившись, тихо спросил Йен.
— Нет, там по другому поводу неурядица получилась. — Закрывая тему, протянул Ронни, разминая уже начинающую затекать шею.
***
— Как это — жить с биполяркой? — После продолжительно паузы спросил Ронни.
— Херово. На себе пробовать не рекомендую. — Устало ответил рыжий, пытаясь пошутить.
— Поэтому ты ведешь себя, как мудак? — Раздался смешок из темноты.
— Ну, у меня-то хоть диагноз есть, как оправдание, а у тебя что? Даже целый набор диагнозов. Ну, тоже меня сейчас удивишь аналогичным комплектом? — Обозленно бросил Йен.
— У каждого свой диагноз… Не бывает двух одинаково больных в физическом или психическом плане. Каждый человек уникален по-своему. Просто у каждого свой диагноз. И на мир он смотрит сквозь призму своего диагноза, вот и все отличия.
— А здоровые люди? — Удивленно вклиниваясь в почти философскую речь, спросил Галлагер.
— Здоровых не бывает! — Уверенно закончил Ронни.
***
— Что будешь делать, когда выйдешь? По хуйдыкным горам поскачешь, небось? — Не в состоянии и полчаса в тишине просидеть, спросил Ронни из праздного интереса.
— Никуда я не поскачу! — Возмущенно буркнул Йен.
— Полетишь? Даже не знаю, как оно у вас правильно называется. — Снова протянул парень.
— Да ты заебал! Это не твое дело! — Скривился рыжий.
— Ты ему только ничего не обещай. — Медленно и отстранено произнес в сторону Ронни после опять образовавшейся паузы.
— Повторюсь: не твое дело!
— Ну, как тебе сказать. Каким-то боком это все же меня касается. Просто если в ржавой коробочке твоей хоть что-то осталось, не вытравленное химическими добавками к твоим обедам и общей шибанутостью, не обещай ему ничего, что не сможешь выполнить. Ты посадишь в голову идею на ебаный хеппи энд. А идея похожа на вирус, она живуча и крайне заразна. Мельчайшее зернышко идеи способно прорасти и либо стать частью тебя, либо уничтожить тебя.
— Ты что, блять, только что фильм с Ди Каприо цитировать начал? — Тихо хмыкнул Галлагер, стараясь не заржать в голос.
— Какая разница откуда слова? Я тут тебе пытаюсь втолковать всю эту поебень про надежду и прочую дрянь, от которого одного нашего общего знакомого хуевертить начнет, а мне придется работать домашним психологом. Семьсот тридцать три, сука, звони в любое время дня и ночи.
— Мик не из болтливых, так что не начинай.
— Но общий посыл до тебя дошел? — Внимательно всматриваясь в темноту, настаивая, произнес парень.
— Дошел. — Почему-то спокойно ответил рыжий.
— Мы постараемся сделать все, что в наших силах, Ваш звонок очень важен для нас. — С напором продекларировал Ронни.
— Я тебя услышал. Так, все, закрыли тему. — Настойчиво протянул Йен, удобнее устраиваясь у стены. Времени до утреннего подъема оставалось еще слишком много.
— Где вас черти носят? — Разъяренно зашипел на помятую парочку вмиг подлетевший к ним Милкович не менее потрепанного вида.
— И тебе доброе утро! Не правда ли чудная погода? Уже время завтрака? — С очень неправдоподобным британским акцентом выдал Ронни, заметив покосившегося на них охранника.
— Я тебе сейчас такое, сука, доброе утро сделаю — мало не покажется! — Угрожающе зашипел брюнет, осматривая обоих на наличие видимых повреждений.
— Мик, все хорошо! Хватит истерить. — Покосившись на еще подошедших заключенных, произнес спокойно Йен, подходя к окну выдачи полотенец.
— Все хорошо? Вы оба пропадаете, я уже думал, стрелку опять где-то забили, но нет, ко мне подходит правая рука Джея и начинает вещать пиздец какую длинную речь про то, что мою «подстилку» сегодня ночью чуть ли не по кругу пустят за то, что медичку сдали, и я этому не помешал. — Выпучив глаза, продолжал шипеть парень, активно жестикулируя, но становясь в очередь за полотенцами.
— Если честно, то почти так и было. Но сработал самый идиотский человеческий фактор. — Нервно заржал Ронни, переглядываясь с Йеном.
— Вы, блять, издеваетесь? — Закатил глаза Милкович.
— Короче, мы не забивали стрелку, мы случайно встретились в туалете. Началась драка, и как-то так получилось, что Галлагер швырнул меня в дальнюю кабинку и зажал возле стены. Сказать по правде, ему тупо повезло, если бы я… — Но увидев угрожающий взгляд Милковича, мечущийся между ним и кивающим Йеном, продолжил. — Так вот, как раз ввалились два этих обмудка, шестерки Джея. Этот полудурок быстро сориентировался и забрался с ногами на толчок. Я за ним. У этих чуваков явно не все шестеренки работают, они только заглянули в первые, что никого нет и не видно ног внизу, не проверив дальнюю кабину, и свалили, спалились, переговариваясь между собой, что ищут рыжего. Ну тут долго складывать два и два не надо было. Я его, сопротивляющегося идиота, за шкирку затащил в ту кладовку, где, помнишь, траву прятали? Так вот, там мы всю ночь душевно протусили, так как после обхода уже не успевали вернуться в камеры. Почти познали дзен, и вот мы снова в строю.
Брюнет не знал: заржать ему от идиотизма с туалетом или проораться на обоих за очередную драку.
— А ты чего молчишь? — Повернулся к Галлагеру Микки.
