Кончилось поле подсолнухов, где-то позади остался красавец сохатый, напряженно вслушивающийся в звучание удаляющегося вертолета. Впереди широкой зеленой полосой тянулся густой массив смешанного леса, рассекаемый тонкой голубой лентой местечковой реки.
И тут он увидел небольшой вертолет «Ми-2», торопившийся в аэропорт, уже проступивший темно-серыми изогнутыми спинами ангаров, хорошо заметных на соломенно-желтом горизонте свежескошенного поля.
Неожиданно вертолет поменял направление, словно заметил преследователя, и теперь летел над рекой, вытянувшейся в тонкую голубую стрелу.
Нет, браток, тебе не уйти! Добавив скорость, пилот догнал «Ми-2» через несколько минут, нависнув над вертолетом, словно беркут над голубем. Поначалу две тени, прыгая с кочки на кочку, с куста на куст, двигались с одинаковой скоростью, а потом «Ми-8», приблизившись предельно близко, заставил преследуемый вертолет пойти на снижение, и две тени слились воедино.
Механик, взиравший за пилотажем преследуемого вертолета через плечо пилота, энергично закивал на его слова, вышел в салон и предупредил собровцев, что теперь их бенефис. Сообщение бойцы встретили спокойно, если не сказать, равнодушно, лишь на секунду оторвали взгляды от иллюминаторов, чтобы глянуть на выразительные жесты механика, а потом вновь стали созерцать проплывающую под брюхом вертолета стриженную косилками землю.
Там как-то поинтереснее будет.
Вертолет мягко опустился, выбрав для посадки свежескошенную поляну, и механик, привычно разблокировав дверь, выпустил собровцев наружу.
Повыпрыгивали из вертолета бойко, один за другим, и, вытянувшись в длинную цепочку, устремились к «Ми-2», уже заглушившему двигатель. Пилот продолжал оставаться в кабине и, склонившись над доской приборов, что-то разглядывал в своем авиационном хозяйстве.
– Руки! – вскочил командир собровцев на подножку и, натолкнувшись на ошарашенный взгляд, ухватил пилота за ворот летной куртки и рванул вниз. С видимым удовольствием проследил за тем, как тот нырнул лицом в землю, разбивая зубы о торчавшие коренья, и шагнул в кабину. Никого. Услышал, что кто-то гулко вбежал в металлический салон, а затем прозвучала громкая разочарованная брань. Вертолет был пуст.
Спрыгнув на землю, командир, подняв забрало шлема, прокричал прямо в окровавленное лицо пилота:
– Где преступники?
– Я не знаю, о чем вы говорите, – отер тот тыльной стороной кровь с разбитой губы.
– Что ты делал на крыше банка?
– Я летел мимо… Можете посмотреть мой маршрутный лист, надо было срочно лекарство доставить в поселок Левченко, а потом у меня что-то приборы забарахлили, ну, я и опустился на крышу банка, чтобы проверить. Там ведь вертолетная площадка есть, об этом все пилоты предупреждены. Вот я и сел. Решил не рисковать и вернуться на аэродром.
– Я тебя спрашиваю, где грабители? Отвечай, тварь! Где ты их высадил?! – кричал собровец в окровавленное лицо Савелия Несторовича.
– Я не знаю, о чем вы говорите, – оправдывался тот, утирая кровь.
– Ты появился в банке в тот момент, когда они его грабили! Загрузились к тебе, и ты улетел вместе с ними!
– Я не знаю, о чем вы говорите, я никого не забирал! – в отчаянии крикнул пилот. – Можете осмотреть машину. Я все время был в воздухе, вы сами все это видели! Можете проверить где угодно!
– Видно, не разговоришь, – в сердцах бросил командир. – Руки! – И когда пилот выставил ладони, защелкнул наручники на его запястьях. – Давай его в вертолет, летим обратно, – распорядился он.
Собровцы, стоявшие рядом, подхватили под руки пилота и потащили его к «Ми-8».
– Постойте! – сопротивлялся Савелий Несторович. – Куда вы меня тащите?! А как же мой вертолет?!
Ломая яростное сопротивление, его втолкнули в салон и быстро загрузились. Механик дождался, когда в салон поднимется последний боец, поднял подножку и закрыл дверь. Вертолет тотчас оторвался от земли и полетел в сторону города.
Звуки пожарной сирены разрывали барабанные перепонки. Из здания в страхе выскакивали люди и, только отбежав на предельно безопасное расстояние, с облегчением оборачивались назад, переводили дух. Но над потревоженным сиреной зданием не было ни клубов дыма, ни всполохов огня. Правда, разбит стеклянный купол, но к пожару это не имело никакого отношения.
Семен быстро скинул с себя рабочий комбинезон, Лобарь действовал помедленнее, но тоже переоделся. Теперь оба были в одежде, подходящей для офиса: темные брюки, белые рубашки, пиджаки.
– Будь готов, – сказал Семен, – сейчас откроется.
Не прошло и минуты, как дверь хранилища мягко отошла в сторону, выпуская их в широкий коридор. В следующую секунду тишину резанула пожарная сирена, из потолка под большим напором поперла пена, заливая белыми клубами полы, коридоры, стены, потолок. Где-то вдали раздался удаляющийся топот – здание покидали охранники, стоявшие снаружи хранилища. Погибать геройской смертью на пожаре за чужое добро не входило в их планы.
