Через три минуты эфир донёс тот самый знаменитый прищур Великого.
– И когда ты мне собиралась об этом сказать, милая сестрица?
Лёд и пламень. Лёд гнева.
Он там сейчас чёрт знает что может натворить.
Холод в языке и во взгляде. Опасный признак.
– Я не хотела тебя волновать перед финалом миссии. Пойми.
Три минуты.
– Понимаю. Спасибо за заботу. Я бы сказал, что поговорим на Земле, но я не скажу так. Не поговорим. Что случилось?
Три минуты.
– Две дуры под дурманом на полной скорости выехали на встречку. Машина охраны Дианы сломалась перед тем. Дина приказала ехать без охраны. Лобовое столкновение. Шофёр и охранник Дианы погибли на месте. Две дуры тоже. Одна из них дочь сенатора. Диана в тяжёлом состоянии. Дочь твоя идёт на поправку. Извини. Я недосмотрела.
Три минуты.
Три минуты.
Десять минут.
Двадцать минут.
Связь не возобновлялась.
Что он там делает? Может, банально плачет. Мужчины ведь тоже плачут. Может, отрешенно смотрит в одну точку. А может, крушит весь корабль в бешенстве. Кто знает.
Тишина в эфире.
Телеметрия вроде в норме. Но это ничего не значит.
Наконец прилетела «ответка».
– Я не стану тебя обвинять… Ваше Императорское Всесвятейшество и Величие. Держите меня в курсе, государыня. На вашем драгоценном корабле, будь он трижды проклят и вся ваша миссия вместе взятая, я ничего не сломал. Все живы. Пока ещё. Передам приветы Великому и Благословенной. Конец связи, моя госпожа. Спасибо за всё.
Голос был сух. Нет, в нём не было горечи. Просто Ярость и Боль фонили через край.
Терра Единства. Ромея. Константинополь. Императорская клиника. 17 октября 2017 года
Задрожали веки.
Аяна вскочила:
– Моя госпожа!
Фрейлина бросилась из палаты, не дожидаясь ответа на сигналы всяких датчиков. Через минуту вокруг Светлейшей крутился весь дежурный персонал, после появились врачи посерьезнее. Пациентка начала приходить в себя – вопрос серьезный. Тут не обойтись простым градусником.
Диана моргала на свет. Отворачивалась, не в силах вынести эту пытку. Закрывала глаза. С ней делали разные манипуляции. Приборы автоматически измеряли ей давление, пульс, сахар в крови, прочие медицинские моменты.
Дина слабо прошептала:
– Где я?
Главврач с готовностью предупредительно вежливо ответил:
– В Константинополе. В Императорской клинике. Всё хорошо. Не волнуйтесь.
– А…
– С дочерью всё хорошо. С сыном в вашей утробе тоже всё хорошо. Не волнуйтесь.
– Ничего не помню. Ехали. Удар. Крики… Машина перевернулась… Катя…
– С ней всё хорошо. Не волнуйтесь, всё уже позади. Вам нельзя много разговаривать сейчас. Вы слишком слабы.
– А муж? Где Миша…
– Насколько я знаю, летит в космосе. Там тоже все хорошо. Не волнуйтесь, Светлейшая. Мы вас вылечим. Всё будет прекрасно. Вы поправитесь.
Вокруг порхали сестры милосердия, что те ангелы. Что-то делали, что-то тыкали в катетер, меняли подгузник, поправляли подушку и всё прочее, что делают с очень важным пациентом в такой ситуации.
Наконец, процедуры были окончены.
– Светлейшая, вам необходимо отдохнуть. Вы устали. Мы покинем вас на время, чтобы не мешать. Сенсор вызова на вашей руке.
Слабый кивок.
– Да, спасибо. Аяна, останься.
– Да, моя госпожа. Жду ваших повелений.
Все скрылись за дверью. Фрейлина вопросительно смотрела на госпожу.
Та слабо проговорила:
– С детьми правда всё в порядке?
Кивок.
– Да, моя госпожа. Не волнуйтесь. Я видела Катю час назад. Там все хорошо. Мы за вас переживали. Ваш муж записал и прислал кучу видео и текста о том, как он вас любит и боготворит. Когда восстановите свои силы, сможете посмотреть. У него тоже всё хорошо. Бог любит вашу семью. Всё хорошо. Отдыхайте. Я посижу рядом.
Диана прикрыла глаза. Через минуту она мирно спала.
– Спи. Здравие Неба снизойдёт на тебя. Спи.
Пассы руками над спящей Светлейшей.
Терра Единства. Россия. Новый Царьград. Министерство Добра и Взаимопонимания. Мероприятие. 17 октября 2017 года
Открытие очередного мурала не было пафосным. Многие улицы и дома Терры Единства были украшены эпическими, героическими, а чаще романтическими рисунками в «полный рост» строения здания. Девочки, запускающие в небо голубей, мальчики, восторженно смотрящие на звёзды, студенты университетов, учёные, рабочие, конструкторы, простые уборщицы, программирующие уборщиков-автоматов, конечно же космонавты, жители орбиты и Луны. Но сегодня была особая картина. На всю высоту тучереза столицы высилась картина «Встреча экипажа „Благословенной“». На ней космодром, пальмы, корабль. К выходящему экипажу бежит с цветами Светлейшая княгиня Романова. Картина была трогательная, у многих на открытии были слёзы на глазах.
Понятно, что на открытии были официальные лица. Государыня прислала официальный лист. Да и сама Светлейшая поблагодарила.
Но было много детей, школьников, гимназистов и студентов.
А у самого Петра Марковича в голове крутилась фраза Светлейшего: «Мужчинам цветы дарят только в гроб или на могилу».
