Только вот не получится. Как минимум — обратный случай, если мужик из отряда изменит подружке с деревенской бабёнкой. Тогда разозлённая наёмница сама его под рёбра пырнёт острой железякой. В любом случае, не примут вообще все и каждый принципа свободных отношений. Вот если с отрядом пару маркитанток тащить, то за них поножовщины не случится. А верная напарница всё же будет ощущаться как своя женщина в большинстве случаев.
Так что лучше, чтоб в отряде ни у кого шашней между собой не было. Но если средневековым наёмникам это втолковать попроще, можно и через пинки и удары палкой по спине, то с юными аристократами такое точно не прокатит. Мы тут обитаем в очень замкнутом мирке. Пусть даже есть целые этажи с крестьянскими поселениями, но вот времени у адептов туда бегать к полюбовницам и любовникам не хватает. И даже с членами другой группы видимся разве что в столовой и иногда в корчме. Так что отношения внутри группы возникнут неизбежно. И вызовут проблемы. Я могу разве что попытаться их чуток уменьшить.
— А Ванда? — внезапно и невпопад спросила Гвинет.
— Что? — не сразу сообразил я, задумавшись. — Э-э… За неё пусть Кеннет с Итаном подерутся. Или оба… Хм… В общем, это их проблемы.
— Оба? — Гвин уставилась на меня, в удивлении округлив рот. Я едва удержался от комментариев по этому поводу. — Не думала о таком. А если мы с тобой… Ну, как в той байке: «Быстренько переночуем, а потом ты дорогу вспомнишь, и дальше пойдём?»
— Чего? — удивился я, припомнив похожий анекдот из своего мира.
— Не слышал, что ли? — хмыкнула Гвин. — Наняла аристократка проводника для перехода по Жёлтой Зоне. Ну, идут они полдня, а потом проводник говорит: «Кажется, заблудились мы, не узнаю эту местность. Надо тут ночевать, а с утра верную дорогу поищу». А аристократка ему отвечает: «А может, мы сейчас по-быстрому переночуем, а потом ты дорогу вспомнишь, и мы дальше пойдём?»
Я не выдержал и заржал, хотя местная версия байки почти в точности повторяла известный мне старый анекдот. Всё же есть что-то общее в менталитете местных жителей с моим. Надо самому припомнить несколько старых анекдотов, которые можно переложить на здешний лад. Не только песенками же народ веселить.
— Можно и переночевать, — отсмеявшись, согласился я. — Только не здесь, а в Форте. И без претензий потом на будущее. Чисто развлечься для удовольствия по взаимному согласию.
— В Форте видно будет, — буркнула Гвинет.
Я не удержался, всё же притянул её к себе и поцеловал. Она тут же принялась прижиматься ко мне всем телом под распахнувшейся курткой. И для кого я всё это говорил сейчас, а?
— Хм, вас так сожрут, а вы и не заметите, — раздался раздражённый хрипловатый голос рядом.
Отпихнув Гвин, я вскочил, правой рукой выхватывая меч, а левую, с Сигилом, выставляя для выстрела огненной стрелой. Но тут же успокоился, узнав нежданную гостью.
— Тёть Ань, ты как сюда попала? — поинтересовался я.
— А ты что, думал, мы своего командира и половину отряда бросим? — сложив руки под грудью, строго вопросила толстуха. — Ну, некоторые хотели, но им быстро объяснили, как они неправы.
— Все живы? — уточнил я.
— Ну, — кивнула Аннабелль. — Так, пара синяков и ушибов. У Митчелла, возможно, пара рёбер треснуло. Но не смертельно.
— Присаживайся и рассказывай, — предложил я.
Спирт ей предлагать не стал, зная, что эта бабень склонна злоупотреблять алкоголем. А похлёбку, пусть и не очень вкусную, мы сами давно сожрали.
Выяснилось, что после нашего падения на этаж вниз, остальная часть отряда сбежала от хлынувшей из бокового коридора крысиной волны. Но не разбежались, держались вместе и отбились. Не в последнюю очередь благодаря Джареду с его молотом. Впрочем, Рэм с секирой и огненный Сигил Митчелла тоже помогли.
— Потом наш проводник сказал, что надо пробираться к ближайшему кругу перемещения, — вещала Аннабелль. — Но я с ним не согласилась. И попросила Рэма мягонько его убедить. После чего у проводника случайно треснули пара рёбер и челюсть опухла. А карту доступа я забрала.
Я кивнул. Как я и думал, ни Джаред, ни Рэм сами инициативы не проявили. Вот чего не ожидал, так того, что это сделает Аннабелль. Особенно того, что она будет ратовать вернуться за нами.
— Итан тоже что-то вякал, но ему я сама двинула, — продолжила толстуха-попаданка. — Хлипкие в этом мире мальчишки…
Она подняла руку. Её ладонь обвила сорвавшаяся с предплечья цепь. При сжатом кулаке получился натуральный кастет. Да уж, таким если в морду двинуть, то человек в любом мире может зубов не досчитаться. Особенно если бьёт кто-то вроде Аннабелль по комплекции, и умеет вкладывать в удар вес тела.
— Ну, он поплямкал разбитыми губищами, но никто уже не слушал, — продолжила она. — В общем, спустились мы, и пошли вас искать. Вот, я нашла.
